1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Бесшумный патрон «ПЗАМ» (СССР)

Убивать тихо. Бесшумный револьвер Гуревича

Обычное оружие может создаваться и для самозащиты, и для того чтобы просто напугать или остановить противника. А вот бесшумное оружие всегда создается исключительно для убийства. Два основных способа, направленных на борьбу со звуком выстрела, были придуманы и запатентованы еще на рубеже XIX – XX веков, но военные и спецслужбы разных стран всерьез обратили внимание на данные изобретения лишь перед началом Второй мировой войны.

Так в 1929 году в СССР братья Иван и Василий Митины получили патент на револьвер «для беззвучной стрельбы», созданный на базе системы Нагана. Револьвер братьев Митиных использовал патроны с подкалиберными пулями, а зазор между гильзой и пулей заполнял цилиндрический поддон, который играл роль поршня. На конце ствола револьвера был установлен дополнительный барабан с каморами, которые пропускали малокалиберную пулю, но останавливали поддон, запирая в стволе пистолета пороховые газы (после выстрела они стравливались через зазоры). Оставшиеся во втором барабане поддоны извлекались после выстрела вручную при помощи шомпола. Другим изобретением, в котором также использовался принцип отсечки пороховых газов, был револьвер и бесшумные патроны Гуревича, созданные уже в годы Великой Отечественной войны.

Гуревич предложил следующее решение: порох в гильзе закрывался стальным пыжом, который заливался парафином, а сверху заливалась дистиллированная вода и лишь затем вставлялась втулка с пулей. В момент выстрела стальной пыж выдавливал воду, которая и разгоняла пулю в стволе револьвера, а сам пыж заклинивался внутри гильзы. Данное оружие проходило всесторонние испытания, однако показало себя не слишком надежным образцом. Испытатели отмечали разрывы гильзы, выпадение втулки вместе с пулей, а также тот факт, что вода могла просто замерзнуть при морозной погоде. Многие из этих замечаний удалось устранить, к примеру, был решен вопрос и с замерзанием жидкости. В любом случае можно говорить о том, что бесшумный револьвер Гуревича был достаточно необычным образцом стрелкового оружия.
Примечательно, что автором разработки стал инженер, имеющий отношение к НКВД. Причем отношение это было двояким – ему довелось побывать и заключенным, при этом ранее Евгений Самойлович Гуревич сам длительное время работал в различных структурах ЧК-ГПУ и даже был лично знаком с Дзержинским. В 1941 году он вновь попал на работу в НКВД, на этот раз уже как инженер-оружейник. Первоначально он занимался доработкой 50-мм минометов, но достаточно быстро получил новое задание.

Сам конструктор позднее вспоминал. «В 1942 году, работая в Архангельском НКВД по разработке и выпуску ротных 50-мм минометов моей конструкции, я получил от Г. П. Шнюкова замначальника отдела НКВД новое задание на разработку бесшумных боеприпасов, так как различные глушители и резиновые наконечники типа «Брамит» не удовлетворяли нуждам оружия специального назначения. В результате пришлось крепко поломать голову, испробовав десятки различных вариантов, чтобы в мае 1943 года представить патрон, который стрелял без дыма, запах, отдачи и без шума. В работе мне помогло то, что, начиная с 1936 года, я занимался изобретательством, накопив в этой области большой опыт. В Архангельске было изготовлено три модели пистолетов и боеприпасы к ним. В конце 1943 года об изобретении было доложено лично Маленкову и по его непосредственному указанию образцы были всесторонне изучены и опробованы. В результате ГАУ КА – Главное артиллерийское управление Красной Армии разработало тактико-техническое задание, и в Туле, в ЦКБ-14, куда я был отправлен в командировку, было произведено 53 револьвера, два пистолета и порядка 1000 патронов к ним. Образец нового оружия и боеприпас прошли в 1944 году полигонные испытания на Щуровском полигоне, где получили положительный отзыв и были приняты на вооружение». Сам Евгений Гуревич получил за свою разработку благодарность в приказе от маршала артиллерии Воронова.

Можно говорить о том, что в мае 1943 года Евгений Гуревич совершил настоящий прорыв в области разработки бесшумного оружия, использовав отсечку пороховых газов в гильзе патрона, им был на практике применен принцип «жидкого толкателя». Между поршнем и пулей в его револьвере находилась жидкость, которая проталкивала пулю через канал ствола револьвера. Объем жидкости был сопоставим с объемом канала ствола, и поршень, совершив движение до дульца гильзы, упирался в него и запирал пороховые газы внутри замкнутого объема гильзы. Одновременно с этим пыж вытеснял воду из гильзы, по этой причине пуля двигалась по каналу ствола револьвера Гуревича со скоростью истечения жидкости. Так как вода, как и другие жидкости, является практически несжимаемой, то скорость движения пули будет во столько раз больше скорости движения пыжа, во сколько раз площадь поперечного сечения канала ствола револьвера будет меньше площади поперечного сечения гильзы (реализован принцип гидравлического редуктора).

В результате предложенных конструкторских решений при выстреле отсутствовала звуковая ударная волна, а низкая начальная скорость полета пули (189-239 м/с) исключала также возможность возникновения баллистической волны. Благодаря этому обеспечивалась почти полная бесшумность выстрела, однако образующееся большое облако «водяных брызг» могло выдать стрелка. Более того применение воды в роли толкателя пули затрудняло использование оружия зимой при отрицательных температурах воздуха. К недостаткам также относили большую потерю энергии пороховых газов, энергия тратилась на преодоление сопротивления при перетекании жидкости. Для стрельбы своими бесшумными патронами Гуревич спроектировал два однозарядных пистолета калибра 5,6-мм и 6,5-мм, которые работали по принципу обычного охотничьего ружья, и пятизарядный револьвер калибра 7,62-мм.

Оба однозарядных пистолета представляли собой не полноценные боевые образцы стрелкового оружия, а скорее экспериментальные модели для отработки на практике самой идеи «патрона на принципе гидропередачи», как описывалось данное решение в документах тех лет. Оба однозарядных пистолета прошли испытания в ноябре 1943 года, продемонстрировав ряд проблем с экстракцией и прочностью гильзы. Несмотря на недостатки, офицеры-испытатели подчеркивали, что примененный Евгением Гуревичем принцип является вполне пригодным для разработки ручного оружия спецназначения.

Читать еще:  5,66x39 подводный учебный патрон МПС-У (СССР)

Следующим шагом конструктора стала разработка настоящей боевой системы – револьвера. Это было пятизарядное оружие с ударно-спусковым механизмом двойного действия. Стоит отметить, что ось барабана револьвера могла выкручиваться, это позволяло сравнительно быстро заменить барабан на новый снаряженный, в том случае, если в первом барабане раздутые гильзы застряли в каморах. Необходимо отметить, что данную проблему Гуревич так и не смог решить без ухудшения характеристик используемых боеприпасов.

Револьвер получился довольно крупным, а его внешний вид нельзя было назвать элегантным. Глядя на оружие, возникало ощущение, что револьвер слишком загроможден, очень большим виделся контраст между самим револьвером и его рукояткой. Внешний вид револьвера можно было объяснить тем, что оружие питалось не самыми маленькими по размерам патронами, что в свою очередь обуславливало размер барабана, а значит и всей модели в целом.

На Щуровский полигон 7,62-мм револьвер Гуревича вместе со спецбоеприпасами к нему попал в июле 1944 года. Для проведения сравнительных испытаний был использован штатный на тот момент времени револьвер системы Нагана с глушителем типа «Брамит» и также со специальными патронами (с остроконечной пулей). При одинаковой массе образцов, револьвер Гуревича отличался меньшими габаритами и при этом выделялся большей длиной прицельной линии, чем револьвер системы Нагана с глушителем. К револьверу Евгения Гуревича имелось три типа патронов, которые отличались между собой навеской пороха и длиной штуцера. В качестве жидкости использовалась смесь, состоящая на 40 процентов из глицерина и на 60 процентов из спирта.

Сначала револьверы проверили «на слышимость» – из обоих образцов отстреляли по одному барабану. Для наблюдателя, а точнее говоря, слушателя, который располагался в 40 шагах от стрелка, звуки выстрелов из Нагана с глушителем воспринимались как отдаленные выстрелы из малокалиберной винтовки. В то же время звук выстрелов из револьвера Гуревича был более слабым, к тому же он не был похож на выстрел. В отчете указывалось, что он больше был похож на звук открывания бутылки. У двух сравниваемых револьверов наблюдатели, находившиеся у мишени, слышали лишь звук полета пули и удара о саму мишень. При этом пули, выпущенные из револьвера системы Нагана, издавали более сильный жужжащий звук, а пули из револьвера Гуревича – тихое шипение, которое было слышно не при каждом выстреле. Также наблюдатели отметили, что револьвер Гуревича был стабильнее и стрелял кучнее, хотя на дистанции 50 метров второй револьвер показал себя чуть лучше.

За Наганом остался и тест на пробивную способность пуль. На дистанции в те же 50 метров выпущенная из него пуля стабильно пробивала четыре ряда свинцовых досок, а в отдельных случаях фиксировалось пробитие и пятой доски. В то же время пули из револьвера Гуревича застревали в третьей по счету доске. Впрочем, как было зафиксировано в отчете, этого было достаточно, чтобы пуля на дальности 50 метров обладала энергией, способной вывести из строя человека.

Зато представленный Гуревичем бесшумный револьвер сумел отыграться в стрельбе в сложных условиях. В ходе испытаний стрельбой при заморозке оружия у глушителя «Бармит» первым же выстрелом выбило переднюю пробку – замерзшая резина утратила свои эластичные свойства. При этом говорить о какой-то кучности стрельбы уже было нельзя – пули даже на дистанции 8-10 метров уходили в сторону примерно на 60 сантиметров, а осмотр пробоин показал испытателям, что в мишень они прилетали боком. В то же время револьвер Гуревича и после заморозки показывал себя безотказным оружием. А проведенные с пулями опыты показали, что используемая смесь 40/60 (глицерин/спирт) сохраняет полную работоспособность при температурах до -75 градусов Цельсия. Собственно единственным, чем бесшумный револьвер Евгения Гуревича не устраивал военных, были его массогабаритные характеристики. Тогда армия мечтала получить уже более компактное и легкое оружие, благо, перспективы доработок в данном направлении были отчетливо различимы.

В итоговом выводе Главного артиллерийского управления по результатам полигонных испытаний говорилось о том, что Артком ГАУ КА считает необходимым изготовить в ЦКБ-14 НКВ серию бесшумных револьверов Гуревича в количестве 50 экземпляров, а также 5 тысяч патронов к ним для проведения всесторонних испытаний на НИПСМВО, а также в специальных частях Красной Армии и на курсах Выстрел. Помимо этого предлагалось проверить патроны к револьверу на герметичность при длительном хранении, а также при различных условиях эксплуатации.

Однако с завершением Великой Отечественной войны интерес к данной модели оружия пропал. Всерьез вернулись к разработке таких патронов лишь в конце 1950-х годов, правда, от жидкости, которая выполняла роль толкателя, было решено отказаться. В СССР было создано достаточно большое количество образцов патронов, среди которых: 7,62-мм патроны «Змея» ИЗ, ПЗА, ПЗАМ для двуствольных пистолетов С-4 и С-4М «Гроза»; 7,62-мм патроны СП-2 и СП-3 – для малогабаритного пистолета МСП и стреляющего ножа НРС; 7,62-мм патрон СП-4 – для самозарядного пистолета ПСС и стреляющего ножа НРС-2 и ряд других образцов.

В любом случае сегодня уже можно говорить о том, что конструкция Гуревича, скорее всего, действительно была первым в мире бесшумным патроном, который был доведен до стадии действующего образца, прошел государственные испытания, был принят на вооружение и производился серийно, пусть и небольшой серией.

Специальные боеприпасы СССР и России

© 2005-2008 Максим Попенкер

Бесшумные патроны СП-3 и ПЗАМ
Фотографии патронов и их данные получены из открытых источников

После окончания Великой Отечественной войны во всем мире, включая СССР, начался интенсивный процесс осмысления опыта прошедшей войны и его реализации в новых разработках. Одним из наиболее популярных направлений разработки, особенно в свете начавшейся «холодной» войны, стало оружие для сил специальных операций, как армейских, так и разведывательных, а позже — и правоохранительных. В рамках этих разработок велось создание в том числе и бесшумного (точнее — малошумного) оружия, необходимого как при ведении боевых операций в тылу или вблизи расположения противника, так и при осуществлении специальных операций разведывательного и политического характера.

Читать еще:  Авиационная управляемая ракета C-801 (Китай)

В начале 1950х годов И. Я. Стечкин (автор пистолета АПС) по заказу КГБ разработал специальное бесшумное стреляющее устройство, замаскированное под портсигар. В силу компактности размеров в подобном устройстве не оставалось места для обычного глушителя звука выстрела расширительного типа, поэтому Стечкин использовал специальные боеприпасы, в которых горячие пороховые газы (основной источник звука выстрела) запирались в гильзе при помощи специального пыжа-поршня, полностью устраняя звук и вспышку выстрела. Эти боеприпасы, созданные на базе гильзы патрона 9х18 ПМ, оснащенной пулей калибра 7.62мм, получили обозначение СП-1 (Специальный Патрон 1). В массовое производство эти патроны не поступили, вместо этого на том же принципе были разработаны более мощные патроны СП-2 калибра 7.62мм, использовавшие гильзу от патрона 7.62х39мм с коротким одноступенчатым поршнем-толкателем, выталкивавшим при выстреле специальную тупоконечную пулю и затем запиравшим пороховые газы внутри гильзы. Конструкция пули отличалась тем, что она имела длинный хвостовик, входивший в заряженном состоянии глубоко в гильзу и опиравшийся на поршень.

Схема патрона СП-2 до (вверху) и после (внизу) выстрела

В рамках дальнейшего развития этой концепции к середине 1960х годов был создан патрон ПЗ (патрон «Змея»), использовавший уже штатную автоматную пулю калибра 7.62мм. Для придания пуле достаточного импульса поршень-толкатель существенную длину, и после выстрела значительно выступал из гильзы вперед. Для обеспечения надежной обтюрации пороховых газов в гильзе после выстрела (пиковое давление при выстреле более 2000 кг/см 2 , давление после выхода пули из патрона 500-800 кг/см 2 ) капсюль патрона был глубоко утоплен в донце гильзы, и поверх него под вворачивающейся в донце гильзы втулкой находился свой ударник. Эти патроны использовались в несамозарядном двуствольном пистолете С4. В результате такой конструкции гильза патрона ПЗ имела длину более 6 сантиметров и значительную массу. Развитием патронов стали патроны ПЗА и ПЗАМ, отличавшиеся в деталях конструкции и формы гильзы и поршня-толкателя, но сохранившие общие габариты и внешний вид патрона 7.62х63 ПЗ. Патроны ПЗАМ использовались в бесшумном пистолете С4М.
Следом за патронами семейства ПЗ был разработан более совершенный патрон СП-3, отличавшийся тем, что в нем использовался уже двухступенчатый телескопический поршень-толкатель, имевший в положении перед выстрелом заметно меньшую длину. Капсюль патрона находился непосредственно в донце гильзы и фиксировался кернением. Эти меры позволили при использовании той же 7.62мм пули от автоматного патрона образца 1943 года и несколько ослабленной баллистике значительно уменьшить габариты и массу патронов, а значит и оружия, что было весьма важно для основного заказчика этих образцов — КГБ и ГРУ СССР. Патрон 7.62х38 СП-3 был принят на вооружение в 1972 году вместе с бесшумным пистолетом МСП и стреляющим ножом разведчика НРС.

Нужно отметить, что сам по себе принцип глушения звука выстрела путем запирания пороховых газов в гильзе и использования промежуточного толкателя для метания снаряда (пули) весьма не нов — автору известны патенты на аналогичные системы, полученные в США еще в 1902 и 1921 годах, а в СССР работы в этом направлении были начаты еще до Великой Отечественной войны. В тех же США на данном принципе в 1950х-60х годах были разработаны патрон для подводного пистолета (системы Ирвина Барра / Irwin Barr) и специальный бесшумный патрон с картечью для гладкоствольных ружей 12 калибра. Правда, по различным причинам в серии эти образцы не выпускались. В 1967 году американцы начали разработку специального револьвера, стрелявшего патронами с отсечкой пороховых газов и снаряженных 15 картечинами. Это оружие предназначалось для использования бойцами сил специальных операций США в ходе рейдов в подземные туннельные комплексы, создаваемые войсками Северного Вьетнама. В 1969 году эти револьверы, получившие обозначение Quiet Special-Purpose Revolver (QSPR) поступили американским войскам во Вьетнаме, однако война в этом регионе закончилась раньше, чем было налажено массовое производство этих револьверов и боеприпасов к ним. На данном принципе на Западе также был создан ряд бесшумных минометов для сил специальных операций и германский противотанковый гаранатомет Armbrust.
Из вышесказанного можно сделать следующий вывод — в области разработки бесшумных боеприпасов для специального оружия советские конструкторы не изобрели нечто принципиально новое, но успешно довели до серийного производства и принятия на вооружение ранее известную идею там, где другие по разным причинам сошли с дистанции.

Бесшумный револьвер Гуревича: как стрелял «водяной пистолет» советских диверсантов (6 фото)

Испробовав десятки вариантов, в мае 1943 года им был изобретен и изготовлен патрон, который стрелял без шума, дыма, запаха и отдачи. Гуревич совершил настоящий прорыв в разработке бесшумного выстрела, использовав отсечку пороховых газов в гильзе патрона, применив принцип «жидкого толкателя».
Между поршнем и пулей находилась жидкость, которая проталкивала пулю через канал ствола. Объем жидкости соответствовал объему канала ствола и поршень, переместившись до дульца гильзы, упирался в него и запирал пороховые газы внутри замкнутого объёма гильзы. При этом пыж вытеснял воду из гильзы, вследствие чего пуля двигалась по каналу ствола со скоростью истечения жидкости.

Ввиду того, что вода, как и всякая жидкость, практически несжимаема, то скорость движения пули будет во столько же раз больше скорости движения пыжа, во сколько раз площадь поперечного сечения канала ствола меньше площади поперечного сечения гильзы (принцип гидравлического редуктора).
В итоге отсутствовала звуковая ударная волна, а низкая начальная скорость пули (189–239 м/с) исключала и возможность возникновения баллистической волны. Таким образом, обеспечивалась практически полная бесшумность выстрела, но большое облако «водяных брызг» выдавало стрелка. К тому же использование воды в качестве толкателя пули затрудняло применение оружия в зимний период при отрицательных температурах. К недостаткам следует отнести и большую потерю энергии пороховых газов на преодоление сопротивления при перетекании жидкости.
Для стрельбы бесшумным патроном Гуревич разработал два однозарядных пистолета калибра 5,6-мм и 6,5-мм работающих по принципу охотничьего ружья и 7,62-мм пятизарядный револьвер.
Однозарядные пистолеты были не полноценными боевыми образцами, а скорее проверочными моделями для отработки самой идеи «патрона на принципе гидропередачи», как описывалось это в тогдашних документах. Эти пистолеты прошли испытания в ноябре 1943 года, показав ряд проблем с прочностью гильзы и экстракцией. Тем не менее, офицеры-испытатели отметили, что примененный Гуревичем принцип является вполне пригодным для создания ручного оружия специального назначения.

Читать еще:  Патрон с пулей повышенной пробивной способности «ПП» 7H10, 7H10M (СССР)

Следующим шагом стало создание уже настоящей боевой системы – револьвера. Оружие было пятизарядным, имело ударно-спусковой механизм двойного действия. Помимо этого, ось барабана револьвера могла выкручиваться, что позволяло относительно быстро сменить барабан на новый снаряженный, в случае если в первом раздутые гильзы застряли в каморах. Кстати говоря, эту проблему Гуревичу так и не удалось решить без ухудшения характеристик боеприпасов.
Сам револьвер был достаточно крупный и имел внешний вид не совсем стройный и элегантный, глядя на него, создается ощущение, что оружие слишком загромождено, уж очень большой контраст между самим револьвером и его рукояткой.
Такой внешний вид оружия объясняется тем, что револьвер питался не самыми маленькими по своим размерам боеприпасами, что обуславливало размер барабана оружия, а следовательно и всего револьвера в целом.
На стрелковый полигон для испытаний 7,62-мм револьвер Гуревича вместе со спецпатронами попал в июле 1944 года. Для сравнительных испытаний был использован штатный к тому времени револьвер Наган с глушителем типа «Брамит» и тоже со специальными (с остроконечной пулей) патронами.

При одинаковом весе, револьвер Гуревича имел меньшие габариты и при этом большую длину прицельной линии, чем Наган с глушителем.
К револьверу Гуревича были поданы три типа патронов, отличавшихся между собой длиной штуцера и навеской пороха. В качестве жидкости была применена смесь 60% спирта и 40% глицерина.
Первой стала проверка «на слышимость» – из обоих револьверов отстреляли по барабану. Для наблюдателя, точнее, в данном случае – слушателя, находившегося в 40 шагах от стрелка, звуки стрельбы из Нагана с глушителем воспринимались как отдаленные выстрелы из малокалиберной винтовки. При стрельбе из револьвера Гуревича звук был более слабый и не похож на выстрел – как отметили в отчете, он больше напоминал звук открывания бутылки.
У обоих револьверов наблюдатели у мишеней слышали только звук полета пули и удара о мишень. При этом пули Нагана издавали более сильный жужжащий звук, а пули Гуревича – тихое шипение, слышимое не при каждом выстреле.

Револьвер Гуревича в целом стрелял кучнее и стабильнее, хотя на дистанции 50 метров Наган с глушителем показал себя чуть лучше.
За Наганом остался и тест на пробивную способность – на тех же 50 метрах он стабильно пробивал четыре ряда свинцовых досок, а в отдельных случаях и пятую, тогда как пули револьвера Гуревича застревали в третьей по счету. Впрочем, как отметили в отчете, и этого хватало, чтобы: «пуля имела на дальности 50 метров энергию для выведения человека из строя.»
Зато револьвер Гуревича отыгрался на стрельбе в сложных условиях. На испытании стрельбой при заморозке у глушителя «Брамит» первым же выстрелом выбило переднюю пробку – при замораживании резина утратила эластичность. При этом говорить о какой-либо кучности уже не приходилось – пули уже на 8-10 метрах уходили в сторону сантиметров на 60, а осмотр пробоин показал, что в мишень они прилетают боком.
Револьвер Гуревича после заморозки отработал безотказно, а опыты с пулями показали, что используемая смесь 60% спирта и 40% глицерина сохраняет работоспособность до -75 градусов.
Собственно, единственное, чем револьвер Гуревича не устроил военных, были массогабариты – армия уже тогда хотела бы получить более легкое и компактное оружие, благо, перспективы доработки в этом направлении были вполне отчетливы.

В итоговом выводе ГАУ было сказано: «Рассмотрев результаты полигонных испытаний, Артком ГАУ КА считает необходимым изготовить в ЦКБ-14 НКВ серию револьверов Гуревича в количестве 50 штук и 5000 патронов к ним для всесторонних испытаний на НИПСМВО, курсах Выстрел и специальных частях Красной Армии, а также проверки патронов на герметичность при длительном хранении и в различных условиях эксплуатации.»
Но с окончанием войны интерес к данному оружию пропал, всерьез вернулись к разработке этих патронов в конце 50-х гг., правда, от жидкости, выполняющей роль толкателя, отказались. Было разработано достаточно большое количество образцов, таких как: 7,62-мм патроны СП-2 и СП-3 — для стреляющего ножа НРС и малогабаритного пистолета МСП; 7,62-мм патроны «Змея» ИЗ, ПЗА, ПЗАМ для двухствольных пистолетов С-4 и С-4М Гроза; 7,62-мм патрон СП-4 — для стреляющего ножа НРС-2 и самозарядного пистолета ПСС и некоторые другие.
По-видимому, конструкцию Гуревича можно считать первым в мире бесшумным патроном, доведенным до действующего образца, прошедшего государственные испытания, принятого на вооружение и выпускавшегося малой серией.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector