0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Авиационная пушка НР-30 (СССР)

30-мм авиационная пушка НР-30.

30-мм авиационная пушка НР-30.

Разработчик: А.Э.Нудельман и А.А.Рихтер
Страна: СССР
Испытания: 1954 г.
Принятие на вооружение: 1955 г.

30-мм пушка создавалась в рамках конкурса между тремя КБ: пушка Ш-30 в ОКБ-15 (Главный конструктор — Б.Г.Шпитальный); пушка В-30 (ТКБ-494), на базе автоматики пулемёта А-12,7, в ЦКБ-14 (Главный конструктор — А.А.Волков) и наконец НР-30 (235П) в ОКБ-16 (Главный конструктор — А.Э.Нудельман). Испытания трех конкурирующих пушек проводились на полигоне одновременно, по их результатам НР-30 была признана лучшей и в 1954 году на Ковровском заводе № 2 (сейчас, ОАО «ЗиД») начато её серийное производство. А в 1955 году пушка была принята на вооружение.

Работа автоматики HP-30 была основана на использовании энергии отката ствола для отпирания и отката запирающего агрегата, а также на использовании энергии пороховых: газов, отведенных от ствола в газовый накатник, для торможения отката и осуществления наката ствола.

В пушке был осуществлен короткий ход ствола: длина отката запирающего агрегата больше длины отката ствола. Отпирание ствола происходило при откате. Питание ленточное. Лента из стальных звеньев, в ней 30 патронов.

Длина ствола — 1600 мм. Габариты пушки: длина — 2153 мм, ширина — 181 мм, высота — 186 мм. Вес пушки — 66,5 кг. Темп стрельбы — 850-1000 выстр./мин. Гарантированная живучесть на середину 1950-х годов — 2000 выстрелов, установленная в 1986 году — 3000 выстрелов.

Испытания всех трех пушек проводились на полигоне одновременно. HP-30 была признана лучшей.

Серийное производство пушки HP-30 было начато в 1954 году, а в 1955 году пушка принята на вооружение. HP-30 непрерывно изготавливалась по крайней мере до 1993 года. Производство велось на заводе № 2. В 1954 году изготовлено 17 пушек, в 1955 году — 667, в 1956 году — сведения не найдены, в 1957 году — 1756.

Пушки HP-30 были установлены на самолетах:
— МиГ-19С — три пушки. Боекомплект — 70 патронов у крыльевой пушки и 60 патронов у фюзеляжной;
— МиГ-21Ф — две пушки с боекомплектом по 60 патронов;
— МиГ-21 Ф-13 — одна пушка с боекомплектом 60 патронов;
— Су-7БМ — две пушки;
— Су-17М4 — две пушки с боекомплектом по 300 патронов на стол.

В боекомплект пушки HP-30 входили 7 типов выстрелов. Все они имели почти одинаковый вес (патрон 840-847 г, снаряд 400-405 г) и начальную скорость (780 м/с).

Снаряды ОФЗ и ОФЗТ имели ударные взрыватели. Вес взрывчатого вещества в ОФЗ снаряде — 48,5 г, а в ОФЗТ снаряде — 40 г, зато ОФЗТ снаряд имеет трассер со временем горения от 1,5 до 4 с. Фугасно-зажигательный снаряд был специально создан для стрельбы по дрейфующим аэростатам, но при необходимости мог использоваться для поражения и других воздушных целей. Снаряд содержал 48,5 г взрывчатого вещества. Особенностью снаряда является взрыватель с дальним взведением, срабатывающий при встрече с пленкой толщиной до 0,012 мм. Создание противоаэростатных снарядов было связано с тем, что взрыватели обычных снарядов имели малую чувствительность и не срабатывали при встрече с оболочкой аэростата. Фугасно-зажигательный снаряд содержал 48,5 г взрывчатого вещества и имел самоликвидатор, срабатывающий через 12-20 с.

Для стрельбы по бронированным наземным и воздушным целям в боекомплект HP-30 входили разрывные и бронебойно-трассирующие снаряды весом 401-403 г. Бронебойно-разрывной снаряд на дистанции 700 м мог пробить 20-мм броню при угле 30° от нормали, а бронебойно-трассирующий снаряд — 20-мм броню на дистанции 600 м при угле 60° от нормали и на дистанции 1500 м при угле 30°.

Для поражения живой силы и легкоуязвимой наземной техники был создан многоэлементный снаряд (МЭ). Снаряд МЭ содержал готовые поражающие элементы и имел дистанционный взрыватель со временем срабатывания 1,1-1,5 с. В снаряде помещено 28 элементов, при срабатывании вышибного заряда элементы выбрасываются в направлении цели. Вес снаряда МЭ-404 г, а одного элемента-3,5 г, т.е. по весу он близок к шрапнельной пуле полевых орудий.

Для создания помех радиолокационным станциям противника и радиолокационным головкам самонаведения в 1955 г. в СССР была начата разработка авиационных патронов с дипольными отражателями.

В 1959 году НИИП ГКАТ разработал 30-мм патрон с дипольным отражателем ДОС-15. Проведенные в 1960 году государственные испытания доказали их применимость в качестве средств защиты истребителя МиГ-19. Приказом Главкома ВВС от 7 декабря 1960 года 30-мм патроны с ДОС-15 были приняты на снабжение.

Во время испытаний 30-мм патронов с ДОС-50 (длина отражателей 50 мм) было проведено 24 эксперимента, в ходе которых было выпущено по две очереди по 10-12 патронов с интервалом около 10 с. Во всех 24 случаях у РЛС типа СОН-30 и СОН-15, работавших в режиме автоматического сопровождения, наблюдалась потеря цели.

Современный 30-мм противолокационный снаряд имеет индекс ПРЛ. В снаряд ПРЛ помещается не менее 480 тысяч отражателей одной или двух длин, в зависимости от длины волны, испускаемой РЛС. Через 6-8 с. после выстрела срабатывает вышибное устройство, после чего диполи образуют облако площадью 7-9 м2, а через 25 с. это облако увеличивает свою площадь до 18 м2.

Здесь стоит отметить, что почти все современные авиационные выстрелы созданы в ГНПП «Прибор» (образованном в 1945 году как КБ-398, с 1947 года — ГСКБ-398, с 1962 года — НИИП, с 1977 года — НПО «Прибор»).

Калибр, мм: 30
Снаряд, мм: 30 х 155
Длина пушки, мм: 2153
Ширина пушки, мм: 181
Высота пушки, мм: 186
Длина ствола (стволов), мм: 1600
Вес пушки без магазина, кг: 66,5
Темп стрельбы, выстр./мин: 850-1000
Начальная скорость снаряда, м/с: 780-800
Принципы работы: откат ствола.

Авиационная пушка НР-30.

Затворная коробка пушки НР-30.

Список источников:
А.Б.Широкорад. История авиационного вооружения.
А.А.Рихтер. Логика конструкторского мастерства.

Авиационная пушка НР-30 (СССР)

Особенности конструкции авиационных бомб системы М-46, принятых на вооружение в 1946 г., обеспечивали нормальное боевое применение этих боеприпасов только до скоростей, соответствовавших М = 0,8. С выходом авиации на сверхзвуковые скорости срыв потока, возникавший в месте сочленения средней и хвостовой частей корпуса авиабомбы, существенно снижал эффективность стабилизатора, а вместе с ней и точность бомбометания. В связи с этим в 1954 г. была принята на вооружение новая система высокоэффективных фугасных авиабомб в большой номенклатуре калибров (от ФАБ-250 до ФАБ-9000), устойчивых на траектории при бомбометании при сверхзвуковых скоростях полета и с большой высоты. Системе был присвоен индекс М-54. Высокие качества этой системы подтвердились ее долголетием, однако она была не лишена недостатков.

Читать еще:  Тепловизионный прицел ПТ-10 (Россия)

Авиабомбы модели М-54 имели тупоносый корпус с баллистическим кольцом, что обусловливало их большое аэродинамическое сопротивление и резко снижало летно-тактические характеристики истребителей и истребителей-бомбардировщиков, несущих авиабомбы на внешней подвеске. В 1962 г. были приняты на вооружение фугасные авиабомбы модели М-62 с сигарообразными корпусами, имевшими малое лобовое сопротивление (калибра 250 и 500 кг).

В конце 1950-х гг. в связи с ростом эффективности ПВО получила широкое признание идея доставки боеприпасов к цели на малых и предельно малых высотах. Однако применение обычных авиабомб с таких высот было сопряжено с опасностью поражения своего самолета осколками. Решение было найдено в разработке бомб с тормозными устройствами (так называемых штурмовых): ФАБ-250Ш и ФАБ-1500ША, принятых на вооружение в 1961 г. Кроме того, были созданы парашютные устройства, которыми могли снаряжаться авиабомбы моделей М-46 и М-54.

Специально для применения с самолета МиГ-25, способного осуществлять длительный полет при М > 2,5, была создана термостойкая авиабомба ФАБ-500Т, нормально функционировавшая после перенесенного аэродинамического нагрева.

Большим достижением, существенно повысившим эффективность применения малокалиберных осколочных, зажигательных и противотанковых бомб, стала разработка разовых бомбовых кассет (РБК-250, РБК-500) и разовых бомбовых связок (РБС-100), принятых на вооружение в 1950-е гг. Применение кассет и связок обеспечивает оптимальную плотность распределения малокалиберных боеприпасов на местности независимо от высоты сбрасывания.

В 1953 г. взамен морально устаревших и подвергавшихся критике пулеметов УБ на вооружение советских ВВС был принят крупнокалиберный пулемет А-12,7 конструкции Н.М. Афанасьева. Внедрение автоматики оригинальной схемы с ускорительным механизмом, досылающим патрон из звена ленты в ствол, явилось важным шагом в развитии оружия газоотводного типа. Не отличаясь по скорострельности и другим основным характеристикам (массе оружия, начальной скорости пули) от предшественника, А-12,7 оказался значительно более надежным и «живучим». Достоинства схемы, разработанной Н.М. Афанасьевым, нашли дальнейшее развитие в конструкции 23-мм пушки АМ-23 (Афанасьева — Макарова). Этими пушками были вооружены массовые советские дальние бомбардировщики Ту-16, Ту-95 и ЗМ.

Следует отметить, что в начале 1950-х гг. были проведены широкие теоретико-экспериментальные исследования, целью которых являлось обоснование рационального калибра авиационного пушечного вооружения. Оптимум был определен в диапазоне 23. 30 мм, причем меньший калибр был признан рациональным для поражения истребителей, а больший — для поражения бомбардировщиков, обладающих повышенной «живучестью», а также для действий по наземным целям. Ориентируясь на полученные результаты, ОКБ-16, возглавляемое А.Э. Нудельманом, в 1955 г. создало пушку НР-30 — первое в СССР авиационное орудие калибра 30 мм. Использование схемы с коротким ходом ствола в сочетании с газовым накатником-тормозом позволило при относительно небольшой массе обеспечить высокую скорострельность, надежность и живучесть системы. Пушки НР-30 устанавливались на истребителях МиГ-19 и истребителях-бомбардировщиках Су-7Б и Су-17 всех модификаций.

Специально для вооружения дальнего бомбардировщика Ту-22 в ОКБ-16 была разработана 23-мм пушка Р-23 (конструкция А.А. Рихтера), выполненная по так называемой револьверной схеме. По оригинальности и обилию технических решений, не встречавшихся в мировой практике создания оружия, пушка Р-23 может вполне соперничать со знаменитыми «гатлингами» пушками с вращающимися блоками стволов. Так, досылание патрона в пушке Р-23 производилось броском газовым поршнем, а экстракция гильзы — пороховыми газами, поступавшими в пространство между дном гильзы и дном патронника. В связи с исключительно высокими скоростями движения гильза снаряда для этой пушки была выполнена из стали.

В 1965 г. на вооружение советских ВВС была принята двуствольная пушка ГШ-23, разработанная В.П. Грязевым и А.Г. Шипуновым. Оригинальная конструкция пушки предусматривала поочередные выстрелы из каждого ствола. Затворы имели механическую связь, что обеспечивало большую скорость досылания очередного патрона и высокую скорострельность оружия при относительно небольшой массе. Пушки ГШ-23 нашли широкое применение на многих советских самолетах, причем как на истребителях (МиГ-21, МиГ-23), так и на бомбардировщиках (Ту-22М).

На заключительном этапе Великой Отечественной войны применение авиационных неуправляемых реактивных снарядов РС-82 и РС-132, представлявших собой невращающиеся оперенные ракеты с контактными взрывателями, значительно сократилось по сравнению с 1941-1942 гг. Они сохранились на вооружении, главным образом, самолетов-штурмовщиков Ил-2 и Ил-10. Падение интереса к «эрэсам» объяснялось их невысокой точностью, обусловленной причинами конструктивного и технологического характера.

Важнейшим техническим решением, призванным обеспечить повышение точности стрельбы неуправляемыми реактивными снарядами, явилась стабилизация их вращением вокруг продольной оси. Новый неоперенный реактивный снаряд С-1оф раскручивался в конце активного участка полета до скорости 11 000 об/мин за счет соответствующего отклонения выхлопных сопел. Однако при столь высокой скорости вращения на нем не могла быть применена другая новинка — кумулятивная боевая часть.

В связи с этим другие новые неуправляемые реактивные снаряды (С-ЗК, С-5К) оснащались оперением, перья которого устанавливались под небольшим углом, обеспечивая скорость вращения 1000. 1200 об/мин. Снаряды семейства С-5 имели характерную особенность — раскрывающееся после пуска оперение, что позволило осуществлять их пуск из трубчатых направляющих, собранных в пакеты (так называемые универсальные блоки). Боевая часть реактивного снаряда С-ЗК пробивала броню современных танков с любого направления, а С-5К — бортовую и верхнюю броню танка. Модификация С-5М оснащалась фугасной боевой частью, а С-5-0 — осветительным зарядом.

Более крупные снаряды С-21 и С-24 предназначались для поражения живой силы, боевой техники, зданий и фортификационных сооружений. Они оснащались осколочно-фугасными боевыми частями.

В середине 1950-х гг. на вооружение советских ВВС была принята авиационная управляемая ракета РС-2У класса «воздух-воздух». В связи с принятым способом наведения на цель (ТУ — телеуправление, или командное наведение) бортовая аппаратура размещалась в хвостовой части ракеты, а твердотопливный двигатель — в средней части, имеющей два боковых сопла. В головной части имелись боевая часть, в которой было организовано дробление на осколки, и радиовзрыватель. Аэродинамическая схема ракеты — крестокрылая «утка». Ракетами типа РС-2У вооружались истребители МиГ-19. Следует подчеркнуть трудность наведения телеуправляемой ракеты на маневрирующую воздушную цель, практически исключающую ее боевое использование против истребителей противника.

Решением проблемы стало создание ракет с головками самонаведения, использующими тепловое излучение цели (ТГС) и отраженный от цели радиолокационный сигнал бортового локатора истребителя (РГС). На основе попавшей в руки советских специалистов американской ракеты AIM-9 «Сайдуиндер» была создана первая отечественная авиационная управляемая ракета с ТГС, названная Р-ЗС. Достоинством ракет с ТГС считается реализация принципа «пустил-забыл», поскольку после отделения ракеты от носителя последний совершенно не связан в маневре. Недостатком является их подверженность помехам: солнечной засветке, отражениям от облаков, разнообразным тепловым пятнам на поверхности земли, поэтому первые образцы этих ракет были не применимы для стрельбы в нижнюю полусферу. Ракеты Р-ЗС нашли широкое применение на многих советских истребителях, и в первую очередь на МиГ-21.

Отработка первых полуактивных радиолокационных систем наведения, использующих отраженный сигнал от цели, была особенно важна для авиации ПВО, где в качестве важнейшего требования выдвигалась всепогодность применения. Кроме того, первые авиационные ракеты с РГС могли применяться перехватчиками с передней полусферы (правда, ограниченно, под небольшим ракурсом), при этом дальность пуска превышала 20 км. Поскольку ракеты, разработанные для авиации ПВО (Р-4, Р-8, Р-98), предназначались для поражения крупных целей типа стратегических бомбардировщиков, то они оснащались мощными боевыми частями и радиовзрывателями с увеличенным радиусом срабатывания. Однако авиация ПВО не отказывалась и от ракет с ТГС. В 1950-е гг. в советских ВВС была принята концепция разработки единой ракеты, которая могла оснащаться тепловой либо радилокационной системой наведения и в зависимости от системы наведения имела бы различные индексы, например Р-4Т и Р-4Р соответственно. Ракеты Р-8 стали основным вооружением истребителей-перехватчиков Су-9 (Су-11), а их модернизированный вариант Р-98 — самолетов Су-15.

Читать еще:  Авиационная пушка AM-23 (СССР)

Первой отечественной серийной авиационной ракетой класса «воздух-поверхность» малой дальности явилась Х-66, по схеме представлявшая собой увеличенную РС-2. По сравнению с последней ракета оснащалась гораздо более мощной осколочно-фугасной боевой частью, способной поражать широкий спектр наземных целей. Недостатком ракеты считалась возможность ее применения только с пикирования, поскольку прицеливание производилось, как при стрельбе из пушки, за счет маневра всего самолета и удержания прицельной марки на цели. Этот недостаток удалось устранить на ракете Х-23, наведение которой на цель выполнялось с использованием радиолинии «Лазурь». Управление Х-23 осуществлялось с помощью так называемого кнюппеля — переключателя, размещенного на ручке управления истребителем. В процессе полета ракеты, перемещая кнюппель большим пальцем правой руки, летчик выдавал команды «выше-ниже» и «влево-вправо». Ракета Х-23 разрабатывалась в рамках программы самолета МиГ-23, но впоследствии широко применялась на многих советских фронтовых истребителях, истребителях-бомбардировщиках и бомбардировщиках.

Уголок неба. 2004 (Страница: Дата модификации: )

НР-30 — 30-мм авиационная пушка

Последней авиационной артсистемой классической схемы, разработанной в 1950-е гг., стала 30-мм пушка НР-30 конструкции ОКБ-16. После принятия на вооружение в 1955 г. она на длительное время заняла место основного артиллерийского оружия истребителей и истребителей-бомбардировщиков. Пушкой НР-30 вооружались самолеты МиГ-19, МиГ-21Ф, Су-7, Су-17 и их модификации. Таким образом, эта артиллерийская система состояла на вооружении ВВС более 40 лет, а за рубежом служит и по сей день.

Переход на новый промежуточный калибр, о котором начали говорить еще до войны, был нелегким решением уже из-за необходимости перестройки всей системы снабжения боеприпасами. Однако «тридцатка», обеспечивавшая высокую сбалансированность между мощностью снаряда, скорострельностью и массой оружия, была оценена как оптимальная, а новый патрон калибра 30 мм, предложенный ОКБ-16, рекомендовался в качестве единого.

Пионерами в создании вооружения в калибре 30 мм выступили немцы в годы войны, создавшие ряд боеприпасов с завидной баллистикой и мощностью. В коллекции ОКБ и НИИ-61 находилось немало трофейных боеприпасов и конструкторской документации ведущей немецкой фирмы НSAG пришедшихся как нельзя кстати при совершенствовании отечественных патронов (любопытно, что в одной из трофейных папок с документами обнаружилось наставление о том, что «эффективность авиационных пушек в равной степени зависит и от конструкции пушки, и от боеприпаса». Его автор, зондерфюрер и «настоящий ариец», выражал мысли о комплексном подходе практически слово в слово с Нудельманом!).

В ОКБ-16 использовали проверенный путь, для облегчения системы приняв патрон невысокой баллистики с небольшой гильзой, содержавший 95—100 г пороха. Параллельно для зенитных корабельных установок с их же автоматами НН-30 системы Нудельмана-Неменова был внедрен патрон более мощной баллистики с высокой начальной скоростью и дальностью поражения, в результате чего на снабжении Вооруженных Сил появилось семь разных типов малокалиберных боеприпасов от 23 до 37 мм без какой-либо взаимозаменяемости.

Что же касается поражающего действия снаряда, то переход к новому калибру позволял увеличить его массу вдвое по сравнению с 23-мм системами с соответствующим ростом эффективности. В конкурсе на создание авиационной артсистемы 30-мм калибра, помимо ОКБ-16, участвовали КБ Б.Г. Шпитального и тульское КБ A.A. Волкова (в самом ОКБ-16 параллельно с A.A. Рихтером альтернативный проект разрабатывал П.П. Грибков). По результатам испытаний НР-З0 была рекомендована для вооружения самолетов и с 1954 г. пошла в серийное производство на Ковровском заводе (предприятие за предшествовавшие годы успело несколько раз реорганизоваться, из него выделились новые самостоятельные производства №46 и №572 Министерства вооружений, а само оно согласно приказу Миивооружений от 6 октября 1950 г. стало заводом №2 им. В.А. Дегтярева, при котором сохранялось ОКБ №2). Для развертывания массового производства нового изделия с 1956 г. с завода было снято задание по сдаче пушек НР-23, за счет чего в том году удалось поднять выпуск НР-З0 в 2,5 раза. В следующем году завод вышел на плановый уровень, выпустив около 2000 пушек НР-З0. Масштабы эти, конечно, уступали прежнему, поистине валовому производству. Однако и времена настали другие: техника становилась все более дорогой, заказ на самолеты исчислялся сотнями и десятками вместо прежних тысяч, к тому же в верхах имели место известные сомнения насчет будущего военной авиации.

На пушку НР-З0 конструкторам было выдано авторское свидетельство №15696, приоритет от 6 сентября, а в 1967 г. за ее создание присуждена Государственная премия. В те же годы переход на 30-мм орудия был осуществлен за рубежом (пушки «Аден» в Англии и DEFA во Франции). У нас в конечном счете 30 мм стали единственным новым калибром, освоенным в послевоенные годы, а к 1980-м гг. этот калибр был установлен в качестве унифицированного для ВВС, армии и флота.

Можно сказать, что Александр Эммануилович Нудельман остался верен идее совместной разработки оружия и боеприпасов под него (или, если угодно, наоборот — боеприпасов и оружия вместе с ними): практически все доведенные до серийного производства конструкции артсистем ОКБ-16 использовали исключительно «свои» патроны, обогатив номенклатуру отечественных авиационных боеприпасов четырьмя новыми типами патронов, из которых лишь один патрон к НР-23 нашел применение и в пушках других образцов.

Как и во многих пушках нормальной схемы, в конструкции НР-З0 применялся откатный двигатель — механизмы автоматики приводились в движение за счет отката ствола под действием силы давления пороховых гагазов на дно его каналов. Для торможения ствола при откате, а также для его наката вместо пружины или гидротормоза задеиствовался газовый накатник, что позволяло уменьшить массу и габариты оружия, а также упростить механизм перезаряжания. Для его работы использовались пороховые газы, отбираемые из ствола, причем газы в накатнике подвергались сжатию при откате, а по приходу ствола в переднее положение — стравливались. Подача патрона к приемному окну производилась в два приема; на полшага ленты при откате ствола и в первой половине наката ствола еще на половину ее шага, совмещая эти операции с циклом хода ствола. Благодаря удачному решению механизма подачи с малыми поперечными возмущениями и самой схеме противооткатной системы, где силы реакции практически совпадали с осью канала ствола, механизмы пушки работали достаточно плавно, не создавая колебаний ствола. Отработки потребовала конструкция газоотвода; необходимо было обеспечить живучесть газовых отверстий в стволе, где те подвергались риску прогара при высоких рабочих температурах и давлениях порядка 300 МПа.

Читать еще:  Две юных сестры потерялись в лесу. Остаться в живых им помогли навыки выживания в дикой природе

Новые решения позволили поднять скорострельность до 900 выстр./мин — больше, чем у 23-мм НР-23. Масса секундного залпа при этом в 2,2 раза превышала показатель НР-23 и в 1,5 раза — Н-37. При высоком совершенстве артсистема НР-З0 отличалась хорошей технологичностью в производстве — ее проектная трудоемкость составляла 396 ч, а затем даже была снижена. Благодаря этому уже через год выпуск НР-З0 удалось повысить в 2,5 раза, а в 1957 г. завод вышел на плановый уровень, сдав 2000 пушек. Гарантированная живучесть пушки поначалу была установлена равной 2000 выстрелам, а в процессе производства доведена до 3000 выстрелов.

Требования размещения необходимого боезапаса для скорострельной НР-30 при достаточно крупных патронах (масса патрона 840 г, звена — 105 г) вызвали оригинальные компоновочные решения пушечной установки: на смену объемистым патронным ящикам пришли рукава подачи лент, вытянутые вдоль по размаху крыла на МиГ-19 и компактно опоясывающие фюзеляж на МиГ-21Ф, Су-7Б и Су-17. Пушка обладала изрядной отдачей порядка 6 т, для снижения воздействия которой ввели амортизированное переднее крепление, снижавшее усилие отдачи на четверть, до 4,5 т. Другим новшеством стало хромирование дульной части ствола, более устойчивое к коррозийному действию пороховых газов.

Однако применение газового накатника привело к усложнению эксплуатации пушки вследствие оседающего в полостях и на деталях нагара пороховых газов, требующих регулярной переборки и чистки. Кроме того, для предотвращения взрывоопасной концентрации пороховых газов в отсеках самолета, где устанавливалась пушка, потребовалось их оснащение жалюзи и воздухозаборниками принудительного проветривания. На практике повышенные требования к обслуживанию и чувствительность к загрязнению пушки с газоотводом (при гораздо более частых стрельбах, чем из АМ-23 на бомбардировщиках) время от времени приводили к отказам вооружения — заклиниванию затвора и снарядов, после чего их требовалось выбивать, а то и извлекать по частям.

При высокой скорострельности НР-30 и больших количествах извергаемых орудием дульных газов встал вопрос об оснащении пушки достаточно эффективным локализатором. Его устройство естественным образом зависело от особенностей установки оружия на конкретном типе самолета. Особенно много хлопот вызвало оборудование локализаторами пушек НР-30 на истребителях МиГ-19, где на разных сериях и модификациях машины последовательно отрабатывались несколько моделей дульных устройств, включая довольно внушительные агрегаты (впрочем, некоторые модификации МиГ-19 вовсе были их лишены). На истребителях-бомбардировщиках Су-7Б, напротив, пушки хоть и размещались аналогичным образом в крыле, но их дульные срезы находились на довольно значительном удалении от воздухозаборника (4200 мм против 1750 мм у «коротконосого» МиГ-19), что снимало проблемы с обеспечением устойчивой работы двигателя при стрельбе. В результате пушки на «сухих», где в традициях фирмы было уважение к чистоте аэродинамики и весовой культуре, обходились без локализаторов с их массивными «набалдашниками».

Тем не менее требовалось защитить обшивку самолета от едких пороховыхгазов, поскольку пушки монтировались практически вплотную к борту самолета для обеспечения кучности огня и уменьшения разворачивающего момента из-за отдачи при стрельбе. С этой целью и на МиГ-19, и на Су-7Б экспериментировали с разнообразными по размерам и форме экранами, прикрывавшими обшивку самолета в зоне воздействия дульных газов. Некоторые образцы экранов на МиГах достигали внушительных размеров с площадью без малого в квадратный метр. Задача и впрямь была непростой: в эксплуатации выяснилось, что пороховые газы с высокой концентрацией агрессивных компонентов, оседая на борту машины, в сочетании с атмосферной влагой покрывали его моросью самой настоящей азотной кислоты и прочих не менее едких веществ, оставляющих даже на нержавеющей стали экранов язвы размером с ноготь.

Кое-где для борьбы с этой напастью использовали «народные средства», нанося на борта самолетов в районе дульной части орудийных стволов тонкий слой орудийной смазки. По идее, защитный слой смазки должен был предохранять поверхность фюзеляжа от разрушительного воздействия порохового нагара, а после стрельбы его вместе с пороховой копотью можно было смыть. Такой способ действительно допускался инструкцией к самолету, однако только для наземной пристрелки оружия с обязательным последующим удалением смазки. В воздухе на приличной скорости смазку размазывало набегающим потоком по всему борту до самого хвоста, заляпывая самые неожиданные места. Самолет приобретал совершенно неприглядный вид, и отмыть его становилось настоящей просмазки в качестве защитного экрана на Су-7Б могло обернуться куда большими неприятностями из-за того, что смазка могла стечь в находящийся тут же лючок кислородной системы, а масло при воздействии кислорода грозило самовоспламенением и пожаром на самолете. Потребовалось специальное указание главного инженера ВВС от 31 марта 1966 г., чтобы запретить подобную практику.

На смену ей пришел более практичный способ: кто-то сообразил, что еще со школьных лет памятен был несложный опыт, когда на руку, обильно смазанную обычным мылом, можно было безбоязненно капать даже кислоту. Рецепт оказался на редкость удобным и, главное, доступным. На борт машины возле пушечных стволов наносили густой слой хозяйственного мыла, надежно защищавшего обшивку и легко смывавшегося после стрельбы. Подобная методика прижилась и использовалась долгое время даже на самолетах нового поколения Су-17, благо на них продолжала служить та же пушечная установка.

Что же касается интенсивности использования пушечного вооружения в истребительно-бомбардировочной авиации, то постепенно все большее значение приобретали новые виды вооружения, значительное время отводилось на освоение применения современных средств поражения. Однако даже планами боевой подготовки на предусматривалось выполнение каждым летчиком не менее 10 стрельб из пушек по наземным целям (бомбометаний следовало выполнить не менее 20).

Имея мощную баллистику и большую скорострельность, НР-30 могла успешно применяться как по воздушным, так и по наземным целям, а использование различных боеприпасов (бронебойный, фугасный, осколочно-фугасный и др.) позволяло ей успешно конкурировать с более современными артиллерийскими системами. НР-30 не раз убедительно демонстрировала свои преимущества. Так, 1 мая 1960 г. капитану В. Полякову на МиГ-19 в Заполярье хватило одного залпа, чтобы сбить американский разведчик-нарушитель RВ-47. На Ближнем Востоке египетские летчики на МиГ-21Ф-13 23 октября 1968 г. ракетами и огнем НР-30 сбили три «Миража», израсходовав 60 снарядов и 6 ракет. В очередном групповом бою 3 ноября 1968 г. египетские МиГ-21Ф-13 вновь одержали победу, сбив два «Миража» ракетным и пушечным огнем без собственных потерь. В индо-пакистанской войне 8 декабря 1971 г. летчику даже не очень приспособленного для воздушного боя Су-7БМК удалось пушечным огнем НР-30 сбить истребитель противника.

Источник: Журнал Техника и Вооружение №9 2009 г. В.Марковский «Оружие ближнего боя»

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector