0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Опытный бесшумный пистолет-пулемёт ППД «Брамит» (СССР)

Опытный бесшумный пистолет-пулемёт ППД «Брамит» (СССР)

Созданный в конце 80-х годов прошлого века бесшумный автомат АС «Вал» уже в 90-х, когда его данные и фотографии просочились на страницы прессы, стал одной из легенд советского/российского оружия. В кино, литературе и компьютерных играх «Вал»-ами, как правило, вооружен самый-пресамый найкрутейший спецназ, а уж если главному герою удается разжиться этим автоматом, то в окончательном торжестве добра над злом уже сомнений не остается.
Однако история специального бесшумного автомата в СССР началась значительно раньше.
После начала активных работ над глушителями в 30-х, советские военные протестировали ряд образцов, по большей части оказавшихся неудачными. Собственно, шанса на успех они практически не имели, поскольку их авторы пытались создать конструкции для штатного винтовочного патрона, имевшего сверхзвуковую скорость. Первым же успешным советским глушителем стала испытанная в 1940 году конструкция И.Митина, ставшая вскоре хорошо известной в узких кругах под названием «прибор Брамит». Митин не только разработал удачную конструкцию самого глушителя, но и предусмотрел, что стрельба из него должна вестись пулей с уменьшенной начальной скоростью. «Брамит» для винтовки обр. 1891/30 был принят на вооружение в декабре 1940 года и производился на протяжении всей войны достаточно крупными партиями.
Но как известно, аппетит приходит во время еды — получив неплохой глушитель к винтовке, военные тут же захотели приспособить его и к другим системам. Следующими получателями Брамитов стали револьвер «Наган» и пулемет Дегтярева.
Следует отметить, что изначально глушителями для стрелкового вооружения занималась именно армия — и задание на них и финансирование работ производилось Главным артиллерийским управлением по заказу Главного разведуправления. Однако бесшумным стрелковым оружием активно интересовалась еще одна структура — НКВД. Тем более, что ходить им далеко не требовалось — конструктор «Брамитов» Иван Митин еще с 30-х сидел по «антисоветской» статье, а с 38-ого работал в особом техническом бюро НКВД.
Именно в НКВД решили «расширить» номенклатуру бесшумного вооружения, добавив к уже имеющемся еще и бесшумный пистолет-пулемет.
Надо заметить, что технически эта задача оказалась еще сложнее, чем в случае с винтовкой и револьвером. Винтовочная пуля даже в варианте «Л» (легкая, поскольку более тяжелая пуля «Д» оказалась хуже для применения в «брамитах») тем не менее весила достаточно, чтобы даже при уменьшенном заряда пороха сохранять убойность и пробивную силу на нескольких сотнях метров. Но штатная пуля пистолетного патрона весила еще меньше. Кроме того, в отличие от «нагана» и «трехлинейки», для пистолета-пулемета требовалось обеспечить надежную работу автоматики.
И вот, летом 1942 года на стрелковый полигон ГАУ КА был доставлен для испытаний разработанный «стрелковой группой 4-ого Спецотдела НКВД» 7,62-мм пистолет-пулемет «ППД-Брамит».
Бесшумный вариант ППШ, конструктивно аналогичный испытывавшемуся ППД-Брамит.
Ввиду сложности задачи ограничится глушителем как отдельной снимаемой деталью, в пистолете-пулемете не удалось. Вместо штатного кожуха на ствол ППД была надета газоразрядная трубка, к дульной части которой крепился «Брамит». При выстреле пороховые газы из первой расширительной каморы «брамита» попадали сначала в газоразрядную трубку, а затем выводились наружу через помещенную под ней выхлопную трубу.
Для удобства работы потяжелевшим пистолетом-пулеметом на ложе была добавлена рукоятка.
Отдельной изюминкой конструкции были спецпатроны. Для бесшумного ППД они были сделаны из стандартной ТТ-шной гильзы с уменьшенным зарядом и винтовочной пулей «Л». Поскольку новый патрон получился длиннее стандартного, для него пришлось разработать утолщенный диск и переработать крепление магазина.
При этом была предусмотрена и возможность стрелять из «ППД-Брамит» обынчыми валовыми патронами — требовалось лишь вставить в диск дополнительный круг.

Основные данные.
ППД-Брамит
ППД-Валовый
Вес пистолета-пулемета со снаряженным магазином.
6,4 кг
5,4 кг
Вес магазина без патронов.
1,2 кг
1,1 кг
Вес магазина снаряженного патронами
2,2 кг
1,8 кг
Вес пистолета-пулемета без магазина.
4,2 кг
5,6 кг
Длина надульника.
14,5 см

Начальная скорость пуль у спецпатронов была примерно вдвое ниже штатных — 250 м/с против 520.

Однако, как показали опытные стрельбы, благодаря более тяжелой пули, проседание боевых характеристик у ППД-Брамит было не настолько существенным. Так, по пробивной способности спецпатроны практически не уступили штатным пулям.

Дистанция 100 метров
Дистанция 200 метров
Дистанция 300 метров
При стрельбе
Спецпатронами с отсекателем
Штатными патронами
Спецпатронами с отсекателем
Штатными патронами
Спецпатронами с отсекателем
Штатными патронами
Количество пробиваемых досок и процент сквозных пробоин/знаменатель
4/90
7/70
3/90
5/50
3/60
3/91

Как видно из таблицы, штатные патроны немного превзошли «ППД-Брамит» на блищней дистанции, а на 300 метрах показатели практически сравнялись.

Проверка на кучность боя дала схожие результаты — на дистанциях от 50 до 300 метров кучность боя при стрельбе из «ППД-Брамит» спецпатронами и штатными патронами почти не отличалась от результатов у взятого для сравнения обычного ППШ.
Не стала серьезным препятствием и проверка на безотказность работы автоматики.

Условия стрельбы
Количество выстрелов
Количество задержек
% задержек
Осечек
Недоходов
При густой смазке
100
1
1
2
После 10 минутного запыления
100
Задержек нет

После промывки деталей керосином
300
2
1
1

Для специального оружия это был вполне хороший показатель.

И разумеется, едва ли не самым интересным для испытателей вопросом было выяснение бесшумности и беспламенности стрельбы. И если со вторым пунктом было все в полном порядке — при испытании ночью пламени при стрельбе не видели даже стоявшие рядом с пистолетом-пулеметом — то по бесшумности «ППД-Брамит» на отлично не вытянул. В лесистой местности на дистанции 100 метров были различимы приглушенные хлопки, при напряжении слуха дистанция обнаружения увеличивалась. Слышно было хлопки выстрелов и в поле. Впрочем, в отчете отметили, что расслышать хлопки удавалось только при условии полной тишины, в безветренную погоду — любой посторонний звук (ветер, разговор, шум повозок и так далее) полностью заглушал звуки стрельбы из «ППД-Брамит».
Живучесть сменных отсекателей в «брамите» была определена равной 70 выстрелам, то есть примерно равной одному полному диску. Изношенные отсекатели можно было либо достать «вручную» либо просто выбить 1-2 выстрелами штатным патроном.
В итоговом заключении полигона было записано, что пистолет-пулемет с «брамитом» целесообразно использовать в специальных подразделениях.
Однако решение о судьбе нового оружия принималось не на полигоне. Руководство же 5-ого (стрелкового) отдела Главного Артиллерийского Управления Красной Армии сделало свои выводы из отчета об испытаниях.
«Благодаря значительным переделкам в пистолете-пулемете для постановки на него прибора «Брамит», усложняющим и утяжеляющим систему, необходимости иметь спецпатроны с пониженной начальной скоростью, кучностью боя и пробивной способностью, «ППД-Брамит», а равно как и другой пистолет-пулемет с прибором «Брамит» не может быть принят на вооружение как массовое оружие. Иметь же пистолет-пулемет с прибором «Брамит» как специальное оружие нет надобности, так как в таких специальных случаях, требующих бесшумного и беспламенного выстрела, с успехом могут быть использованы или винтовка или пулемет «ДП» с прибором «Брамит», в зависимости от обстановки. Тем более, что в настоящее время принята на вооружение автоматическая винтовка».
Сейчас, десятилетия спустя, можно достаточно уверенно сказать, что принимавшие решение офицеры ГАУ ошиблись в своей оценке. Бесшумный пистолет-пулемет оказался бы очень даже полезен партизанам и разведчикам. Но увы, работы в этом направлении не возобновились, даже когда стало понятно, что противник думает иначе.
Спустя год после испытаний «ППД-Брамит» на стрелковый полигон вновь попал бесшумный пистолет-пулемет. На этот раз он был изготовлен не в НКВД, а по другую сторону линии фронта. Сам пистолет-пулемет испытателям был хорошо знаком — сконструированный еще в Первую Мировую MP-18 Бергманна. Новым же было то, что к пистолету-пулемету был приспособлен глушитель. Да еще какой — если советский «Брамит» к винтовке весил чуть больше 400 гр и в длину имел 200 мм, то шестикаморный «немец» потянул 851 гр, а длиной оказался больше полуметра. При надевании его на ствол, пистолет-пулемет удлинялся на 296 мм.
Стрельба из трофея на кучность и пробивную способность дала результаты схожие с испытаниями отечественного «глушеного» ПП — хотя оба значения ожидаемо оказались меньше, чем при стрельбе нормальными патронами без глушителя, тем не менее были сочтены вполне удовлетворительными. Так, на 100 метров рассеивание было практически равноценно, а при стрельбе на пробиваемость «глушеные» пули пробили 8 25-мм досок, а обычные — 10.
А вот испытания на «звучность» оказались значительно интересней.
«Результаты прослушивания показали, что при стрельбе одиночным огнем из автомата с глушителем на всех дистанциях слышен звук выстрела, который по слышимости примерно равен звуку выстрела при стрельбе из малокалиберной винтовки.

Читать еще:  85-мм нарезная танковая пушка Д-58 (СССР)

При стрельбе непрерывным огнем звук выстрела также слышен на всех дистанциях, по слышимости примерно равен звуку выстрелов из учебного малокалиберного пулемета конструкции Блюм»

легко можно догадаться, что он вызван стрельбой».

В данном случае выводы испытателей вполне совпали с решением офицеров 5-ого отдела ГАУ.
«Глушение звука не позволяет обмануть противника. На дистанциях до 500 метров слышимый звук выстрела напоминает звук выстрела при стрельбе малокалиберным патроном и, как отмечает НИПСВО, легко догадаться, что он вызван стрельбой.

Эффективность глушения звука в немецком образце хуже, чем для отечественного глушителя Брамит, для которого предельная дальность слышимости звука выстрела составляет 100 м.

В целом образец значительно уступает отечественным образцам и не представляет технического интереса.»

И снова можно заметить, что последний вывод хоть немного, но спорный. Дело в том, что немецкий глушитель хоть и выполнял свою основную функцию хуже «Брамита», тем не менее, он имел одно явное конструктивное отличие — в нем отсутствовали резиновые вкладыши-отсекатели, приходящие в негодность уже после нескольких десятков выстрелов.
В любом случае, можно лишь пожалеть, что даже появление немецкого аналога не привело к дальнейшему продолжению работ по бесшумным пистолетам-пулеметам со спецпатронами. Вполне возможно, что и аналог «Вала» мог бы появиться на свет значительно раньше, чем в реальности.
Хотя стоит заметить, что и первая часть вывода «значительно уступает» для 1943 года была более чем справедлива. Причем относилась она не только к системам с «Брамитами» — у советских оружейников имелись и другие «беззвучные» козыри в рукаве.

Партизанская «бесшумка»

Прибор для беззвучной и невидимой стрельбы «Брамит» был разработан незадолго до начала Великой Отечественной войны. С началом боевых действий «Брамитами» вооружались в первую очередь диверсионные и партизанские отряды, действовавшие в тылу врага. Документы по этой разработке на протяжении всей войны имели гриф «Совершенно секретно». Когда сверхсекретный советский прибор перестал быть таковым для врага?

В руках врага

Несмотря на всю секретность вокруг «Брамита» в Советском Союзе, вскоре после начала войны он в качестве трофея попал в руки финнов и немцев. Так, в немецком справочнике пехотного вооружения Kennblätter Fremden Geräts описан советский трофейный глушитель, которому присвоено обозначение Schalldämpfer 254 (r). Винтовка образца 1891/30 годов (Мосина) с глушителем в этом же источнике называется не иначе как Partisanengewehren («партизанская винтовка»). Эти описания составлены 1 июня 1942 года, однако ещё раньше в финском наставлении по боеприпасам пехоты Jalkaväen Ampumatarvikkeet, датированном 20 февраля 1942 года, говорится о специальных боеприпасах и глушителе к винтовке Мосина. Уже в апреле того же года финны запустили в серийное производство копию советского глушителя «Брамит».

Понятно, что в руки врага секретный прибор попал ещё раньше, однако обстоятельства этого события долго не были достоверно известны. Не так давно в открытом доступе появились советские документы, являющиеся переводом с немецкого языка трофейных тыловых документов, которые попали в руки советских специалистов в мае 1942 года. Из одного такого немецкого распоряжения становится ясно, что уже в начале октября 1941 года противник знал, что «русские, особенно партизаны, применяют винтовки со звукоглушителями». Немцам было известно и об устройстве прибора («втулка, внутри которой имеются две расположенные друг за другом резиновые пробки»), и об особенностях маркировки патронов («специальные боеприпасы, пули которых окрашены в зелёный цвет»), а при обнаружении таковых солдатам и офицерам предписывалось направлять их в отделы вооружения и технического имущества.

Подготовка партизан

Однако вернёмся к началу Великой Отечественной войны. В первые месяцы боевых действий партизанское движение только набирало обороты и было довольно неорганизованным. Для активизации антифашистского сопротивления в тылу врага уже в июле 1941 года был создан Оперативно-учебный центр Западного фронта, который возглавил «главный советский диверсант» Илья Старинов. В это же время подобные партизанские школы начали открывать во многих прифронтовых городах под руководством местных партийных работников. Были сформированы и войска Особой группы НКВД СССР, где также готовили разведывательно-диверсионные группы.

В такие школы набирали исключительно добровольцев. Это были, в основном, военнослужащие, вышедшие из окружения, отставшие от строевых частей либо оставшиеся без матчасти. Учитывая стремительное продвижение фронта вглубь страны, длительность обучения таких групп в первые месяцы войны составляла всего около десяти дней. Курсанты изучали диверсионную технику, партизанскую тактику, а главной целью диверсионной деятельности назывались подрывы мостов, уничтожение военных складов и нападения на колонны. Также велось обучение стрельбе из винтовок специальными бронебойными патронами, бесшумными приборами «Брамит», изучалось устройство гранатомётов Дьяконова, которых полагалось по три на каждое отделение. Впоследствии на основе многих таких диверсионных групп в белорусских лесах стали формироваться партизанские отряды.

Несмотря на широкую известность приборов глушения звука, именно советские разведчики и партизаны стали первыми массово применять их для выполнения специальных заданий. Далее речь пойдёт об одном из эпизодов, значительно повлиявших на дальнейшую возможность внезапного применения бесшумного оружия в немецком тылу.

Провал диверсантов

В начале августа 1941 года под Москвой в одной из школ по подготовке партизан группа будущих диверсантов успешно прошла десятидневные курсы. Перед отправкой во вражеский тыл перед выпускниками выступил высокий генеральский чин, который объявил, что им «вручается оружие, о существовании которого ни генералитет, ни офицеры и ни один красноармеец на фронте ничего не знают». Более того, диверсанты «должны скорее дать себя расстрелять, чем рассказать что-либо противнику об этом оружии и ни в коем случае не отдавать его врагу».

Вооружение диверсионной группы было примерно таким: три человека с пистолетами-пулемётами, семь человек имели винтовки со звукоглушителями, у каждого револьвер Наган, шесть осколочных ручных гранат, 300 специальных и 180 зажигательных патронов. Чтобы группа могла разделиться на два отделения, в ней имелись два командира, четыре солдата и четыре гражданских. Одна из таких групп была заброшена в район города Полоцка Витебской области.

Читать еще:  Бронетранспортер БТР-50П (СССР)

Вероятно, эта группа дала себя обнаружить в 10 км от Полоцка севернее дороги Полоцк — Ветрино. Как и положено в такой ситуации, во избежание попадания в руки врага приборы «Брамит» вместе с остальным вооружением были закопаны в болотистом лесу. Дальнейшие события пошли по непредвиденному сценарию: вся партизанская группа, за исключением командира, сдалась в плен, а «военнопленный Иван Ц. в благодарность за хорошее обращение с ним вызвался дать показания об обучении партизан и бесшумном оружии нового образца». Возможно, именно из его показаний враг впервые узнал о секретном оружии партизан. Позднее, в июне 1942 года, документы допроса были захвачены партизанами.

Итак, 6 сентября 1941 года после показаний советского пленного военнослужащие немецкой 403-й дивизии охраны тыла обнаружили зарытые в лесу:

«4 русских пехотных винтовки;

2 звукоглушителя с 4 запасными резиновыми втулками;

4 ремня с 6 яйцевидными боевыми ручными гранатами на каждом;

5 холостых яйцевидных ручных гранат;

165 зарядов «специальных боеприпасов» с зелёной пулей и таким же дном патрона;

200 зарядов «зажигательных боеприпасов», головки снаряда чёрные с красной каймой;

1 тетрадь с химическими формулами и отдельными указаниями о составе самодельных зажигательных средств, взрывчатых веществ и т.п.»

Не удалось обнаружить лишь пистолеты-пулемёты, а также советские и немецкие деньги. Пленный также утверждал, что «с насаженным звукоглушителем можно применять только «специальные боеприпасы», т.к. при использовании других боеприпасов резиновая втулка разрушается первым же выстрелом, а при стрельбе «специальными боеприпасами» резиновые втулки должны выдерживать 100 выстрелов».

Тут же, при штабе дивизии, были испытаны боеприпасы и звукоглушитель. Отмечено, что «при выстреле был слышен только удар бойка и тихий шипящий звук». После этого штаб дивизии отправил начальству в отдельной упаковке «1 звукоглушитель, 2 запасных резиновых втулки и 76 зарядов «специальных боеприпасов»». Скорее всего, именно таким был путь попадания секретного советского прибора на страницы немецкого наставления.

Далее в приказе начальника тылового района Центрального фронта №51 от 11 сентября 1941 года даётся следующее указание: «Как установлено в самое последнее время, партизаны применяют звукоглушитель, насаживаемый на огнестрельное оружие и особые патроны, при стрельбе которыми можно услышать только удар бойка и тихий шипящий звук». Чуть позднее оперативно появляются такие немецкие наставления как «Особые указания для борьбы с партизанами» и «Наставление по борьбе с партизанами», где также указывается на применение партизанами винтовок со звукоглушителями.

Массовый выпуск

Несмотря на порой неудачные операции в тылу врага, повлёкшие за собой серьёзные негативные последствия, применение такого специального оружия партизанами было крайне успешным. Так, один из представителей Центрального штаба партизанского движения (ЦШПД) в июле 1942 года докладывал из брянских лесов своему руководству:

«Приборы для бесшумной стрельбы шлите на пулемёты, СВ-40, автоматы ППД и ППШ, а также патроны к ним. Эффект от них здесь огромный. Участок ж.д. очищается от охраны на 2-3 часа полностью. Поэтому мины замедленного действия и приборы «Брамит» здесь очень и очень нужны»

И партизанам действительно слали глушители. Так, к июлю 1943 года на склады Белорусского штаба партизанского движения (БШПД) поступило более 3000 приборов «Брамит», почти 40 000 резиновых обтюраторов, свыше 1 200 000 специальных патронов. Глушители были не только для винтовок, но и для револьверов Наган. Отдельного учёта винтовочных и револьверных «Брамитов» практически не велось, поэтому узнать, сколько у партизан имелось редких пистолетных глушителей, пока не представляется возможным. Например, на начало 1944 года на Внуковском аэродроме находились 315 винтовочных и 18 револьверных приборов «Брамит». А уж какими патронами стреляли партизаны из бесшумного револьвера, пока и вовсе остаётся загадкой.

О производстве «Брамитов» до начала войны и в первые её годы известно немного. В блокадном Ленинграде в 1941 году выпустили не менее 5000 таких приборов, при этом массовое производство было развёрнуто лишь в мае 1942 года согласно постановлению ГОКО №1634сс от 23 апреля 1942 года. С мая по июль на двух оборонных заводах планировался выпуск 50 000 глушителей, из которых 7500 предназначались для войск НКВД. Однако до декабря 1942 года завод №536 (Тульский оружейный) изготовил чуть более 50 000 штук, а затем прекратил производство. Вторым предприятием по выпуску «Брамитов» стал завод №621, который выпускал такие изделия до середины 1944 года (данных по их выпуску пока не обнаружено). Со второго квартала 1943 года план выпуска «Брамитов» резко сократился (всего до 500 единиц в месяц). Таким образом, количество выпущенных глушителей за всё время может достигнуть внушительного для специзделия числа в 100 000 штук.

Сейчас можно с уверенностью констатировать, что прибор «Брамит» был самым массовым глушителем того времени. Позднее на вооружение Красной армии приняли глушитель СГ-ДП для пулемёта ДП аналогичной конструкции, который также предполагался для снабжения партизанских отрядов. Проходили испытания и бесшумные пистолеты-пулемёты ППД-Брамит, предназначенные для спецчастей Красной армии и партизанских отрядов. Кроме того, на контроле БШПД в 1943 году была разработка бесшумного пистолета Гуревича. Однако той самой незаменимой партизанской «бесшумкой» или «беззвучкой» стал именно винтовочный «Брамит» конструкции братьев Митиных.

  1. ЦАМО РФ, фонд 500, опись 12480, дело 262
  2. РГАСПИ, фонд 644, опись 2, дело 53
  3. НАРБ, фонд 1450, опись 1, дело 20

Тихое преимущество: уникальное российское бесшумное оружие

Изобретенный в конце XIX столетия, глушитель для огнестрельного оружия не сразу отыскал себе место на поле боя. Несмотря на то, что производство приборов малошумной стрельбы было налажено накануне Первой мировой войны, военных новинка не заинтересовала. Глушители разных конструкций продавались свободно — как приспособление для охотников, позволяющее, в случае промаха, не спугнуть дичь грохотом выстрела.

Однако с началом Второй мировой войны ситуация изменилась: на театр боевых действий вышли бойцы сил специальных операций. Накопленный в период между войнами технический потенциал сделал диверсантов реальной и грозной силой: появилась возможность скрытно доставлять их на территорию противника — десантировать с воздуха или подводных лодок, поддерживать с группами радиосвязь и координировать их действия. Дерзкие рейды за линией фронта стали причинять ощутимый ущерб. Еженедельник «Звезда» рассказывает историю «тихого преимущества» российского вооружения.

Прообразу современного спецназа отчаянно не хватало бесшумного оружия. Так, в первые годы войны британские коммандос вооружили арбалетами. Это архаичное оружие испытал и немецкий абвер, и американское управление стратегических служб, отметившееся созданием примечательной рогатки-пистолета Little Joe.

Ваше слово, товарищ «БраМит»

Рогатки и арбалеты в то время не занимали, пожалуй, только отечественных оружейников. За 19 лет, прошедших с момента окончания Гражданской и до начала Великой Отечественной войны, Советский Союз смог разработать и ввести в строй целый ряд впечатляющих новинок в области стрелкового вооружения, например, абсолютно революционную самозарядную винтовку Токарева (СВТ). Действительно, передовая военная мысль СССР того времени верно определила роль приборов малошумной стрельбы — как принадлежность разведчиков и диверсантов. В 1940 году на вооружение был принят комплекс «БраМит» для винтовки Мосина — глушитель и специальный «бесшумный» патрон.

Этот глушитель (или ПБС — прибор бесшумной, беспламенной стрельбы — прим. ред.) был разработан Василием и Иваном Митиными, отсюда сокращение «БраМит», то есть «братья Митины». Устройство представляло собой стальной цилиндр, разделенный на две каморы, выход из которых перегораживали обтюраторы — цилиндрические прокладки из каучука. При выстреле большая часть пороховых газов оставалась запертой в первой каморе, откуда стравливалась через отверстия в корпусе. Остаток газов, прорвавшихся вслед за пулей во вторую камору, расширялся и терял давление. Резиновые «шайбы» выдерживали до 200 выстрелов, после чего подлежали замене.

Читать еще:  Учебно-боевой самолет Су-7У / УМК (СССР)

Использовать «БраМит» предписывалось со специальным патроном, который назывался «Малозарядным» или просто «Бесшумным». Он отличался уменьшенной навеской пороха и снаряжался пулей типа «Л» (9,6 г, «легкая»). Для визуального отличия «бесшумные» патроны маркировались зеленым или черным лаком.

Общий тираж «БраМитов» неизвестен, но глушитель не был каким-то редким изделием. Согласно сохранившимся документам, только в сентябре 1941 года два ленинградских завода произвели свыше 5.000 «БраМитов» по заказу разведывательного управления Ленфронта. Несмотря на секретный статус изделия, в ходе войны глушители широко поставлялись партизанам. Использовали «БраМиты» не только разведчики и диверсанты, но и армейские снайперы, впрочем, довольно ограниченно, так как эффективная дальность стрельбы с устройством была небольшой из-за значительного разброса попаданий.

В Германии трофейные советские глушители модифицировались под винтовку Маузера и использовались под обозначением Schalldampfer 254(r). Позже конструкция «БраМита» была скопирована для StG 44 — одиозного «штурмгевера», но наладить массовый выпуск устройств немцы не успели.

ПБС-1: без шума и пламени

Война завершилась, и работа над новыми образцами на Западе прекратилась, более того, англичане (позабыв, видно, историю с арбалетами) без задней мысли отправили в переплавку свой бесшумный карабин «Де Лизл». Иначе смотрели на эти вещи в СССР, уже не мысля структуру пехотного вооружения без «тихих» автоматов и винтовок для разведчиков — сказывался колоссальный опыт, полученный в ходе войны.

В начале 1950-х годов НИИ-61 (ЦНИИТОЧМАШ) получил заказ на разработку единого глушителя для всех новых образцов штатного вооружения взвода — автомата Калашникова, карабина Симонова (СКС), ручного пулемета Дегтярева (РПД). Отработка комплекса, состоящего из дозвукового патрона 7,62Х39 УС («уменьшенной скорости») и многокамерного глушителя, отняла около 5 лет — немалый срок. За это время, например, СКС успел сойти со «сцены»: в стрелковых частях его заменил АК. Но и задача была сложная — требовался универсальный инструмент, который бы обеспечил действия солдат в засаде, разведке, в условиях ночного боя.

Заказчик предъявлял повышенные требования к кучности боя, пробивной способности пули — в результате эффективная дальность огня составила 400 метров, причем на этой дистанции пуля дозвукового патрона пробивает стальную каску. Отметим, что на испытаниях новый глушитель сравнивался с изделием братьев Митиных.

ПБС-1 встал на вооружение практически одновременно с модернизированным автоматом Калашникова. И, что интересно, поныне продляет век АКМ в армии: 7,62-мм автомат в сочетании с ПБС (обозначается, как АКМБ) является основным бесшумным оружием российских войск. На вооружении стран НАТО такого функционального комплекса нет.
Дело в том, что легкие высокоскоростные пули патрона 5,56Х45 NATO бессмысленно «тормозить» ниже скорости звука — они потеряют всякую поражающую способность (равно как и отечественные 5,45Х39). Распространенные в НАТО «тактические глушители» (ПМС) гасят вспышку, снижают громкость «выхлопа» пороховых газов. Но ударная волна идущей на сверхзвуковой скорости пули сохраняется. А это второй по значимости демаскирующий фактор выстрела. Любой западный автомат с «тактическим глушителем» прекрасно слышен на сотни метров. В то время как «работа» АКМ с ПБС-1 неразличима уже с десятков метров.

Наверстывать упущенное ВС США бросились только в 2010 году, приняв на вооружение боеприпас .300 ААС (7,62Х35 мм в метрической системе) — фактически аналог советского 7,62Х39 мм, разработанный по заказу американских спецподразделений. Уступая в баллистике отечественному патрону на сверхзвуковых скоростях и примерно соответствуя в дозвуковом варианте, .300 ААС наконец-то позволил спецназу США получить бесшумный комплекс на базе модифицированного карабина М4, равный по возможностям «дедушке» АКМБ.

Впрочем, с оговорками: во-первых, АКМ с ПБС-1 — это массовый комплекс для армейских разведчиков, в то время как о распространенности М4 в калибре .300 ААС говорить не приходится. Во-вторых, АКМ — полноценный общевойсковой автомат, и если уж возникла необходимость «пошуметь», глушитель снимается, и в ход идет вся номенклатура боеприпасов, вплоть до бронебойно-зажигательных. В то время как М4 в калибре .300 ААС — узкоспециальное оружие, не способное заменить штатный автомат. В этом отношении оно похоже на отечественные специальные комплексы ВСС «Винторез» и АС «Вал», однако их боеприпасы 9Х39 значительно превосходят характеристики как 7,62Х39 УС, так и дозвукового .300 ААС.

Не имеющее преимуществ АКМБ и ВСС, зато обладающее их недостатками, оружие под новый американский калибр наглядно показывает, как далеко вперёд ушла отечественная «оборонка».

Дела секретные

Несмотря на все плюсы, ПБС-1 не является идеальным «инструментом», врожденные недостатки комплекса — это, например, сильная загазованность места стрельбы, вплоть до слезотечения при отстреле нескольких магазинов подряд. В ясную погоду скапливающееся облачко пороховых газов может демаскировать позицию. Обтюраторы выдерживают 200 выстрелов — чуть меньше 7 магазинов. После их замены автомат нуждается в повторной пристрелке.

В начале 1980-х годов ЦНИИТОЧМАШ начал работу над третьим поколением бесшумного оружия, лишенного вышеперечисленных недостатков. Работы велись под шифром «Винторез». Кто бы мог тогда подумать, что абсолютно секретная разработка, спустя пару десятилетий, станет символом российского спецназа за рубежом, а так же «иконой стиля» для поклонников оружия: привлекательная «внешность» «Винтореза» сделает винтовку героиней бесчисленных компьютерных игр.

Сердцем нового комплекса стал патрон 9Х39 мм, обладающий выдающимися характеристиками для дозвукового боеприпаса. Если 7,62Х39 УС, как мы помним, на дистанции в 400 метров способен пробить противоосколочную каску, то «девятка» прошьет легкий бронежилет. А на 100 метрах бронебойный патрон СП-6 проделает отверстие в 8-мм стальном листе — достаточно, чтобы «разобраться» с любым средством индивидуальной защиты. «Выжимание» бронебойных качеств из дозвуковых патронов — удивительное ноу-хау отечественных оружейников.

«Беззвучность» комплекса обеспечивается интегрированным глушителем, в который заключен перфорированный ствол оружия. Во время выстрела раскаленные газы стравливаются в его корпус, где происходит их завихрение, разделение на противоположные потоки, за счет чего они тормозятся и гасятся. При этом канал для пули остаётся открытым — она не пробивает резиновых прокладок, как в ПБС-1 или «БраМите», что положительно сказывается на точности. Кроме того, такая конструкция допускает продолжительное ведение огня, в том числе очередями, без снижения эффекта шумоподавления.

ВСС «Винторез» и специальный автомат (АС) «Вал» — уникальные комплексы. Обычно, когда говорят, что оружие не имеет аналогов, имеется в виду, что тактико-технические характеристики конкурентов ниже. Но в данном случае аналогов нет даже по задумке: этот комплекс просто не с чем сравнить, он один-единственный.

Несмотря на то, что приоритет отечественной оружейной промышленности в этой области обеспечен на десятилетия вперед, российские конструкторы не думают почивать на лаврах: ВСС и АС уже прошли модернизацию, был создан новый патрон 7Н12. На подходе — новые образцы под боеприпас 9Х39: в 2017 году стало известно о работах над малогабаритным автоматом АМБ-17 в концерне «Калашников».

Мнение, выраженное в данном материале, является авторским и может не совпадать с мнением редакции.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector