0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Опытный ракетный комплекс 9К711 «Уран» / «Уран-П» (СССР)

Опытный ракетный комплекс 9К711 «Уран» / «Уран-П» (СССР)

Вниманию оптовых покупателей!

Книги различных жанров можно приобрести по адресу: 129348, Москва, ул. Красной Сосны, 24. Акционерное общество «Вече». Телефоны: 188-88-02, 188-16-50, 182-40-74.

Филиал в Нижнем Новгороде

«ВЕЧЕ — НН» тел.: (8312) 64-93-67, 64-97-18.

Филиал в Новосибирске ООО «Опткнига — Сибирь» тел.: (3832) 10-18-70

Филиал в Казани ООО «Вече — Казань» тел.: (8432) 71-33-07

Филиал в Киеве ООО «Вече — Украина» тел.: (044) 537-29-20

© Широкорад А.Б., 2005

© ООО «Издательский дом «Вече», 2005

Ядерное оружие поля боя

Глава 1. Генеральная репетиция «Судного дня»

14 сентября 1954 г. в 9 ч. 33 мин. утра по московскому времени над оренбургской степью[1] на высоте 10 км летело соединение самолетов — четырехмоторный бомбардировщик Ту-4 в сопровождении нескольких истребителей МиГ-15. Но вот от самолета отделилась точка, а через несколько секунд в небе раскрылся большой парашют.

Примерно через 3 минуты огненная вспышка, во много раз превышающая по яркости солнечный свет, озарила окрестности. Появился огненный шар, через доли секунды он сплющился и изверг во все стороны клочья розового, фиолетового и белого огня. Достигнув высоты около 6 км, шар начал расползаться, принимая форму шляпки гриба.

Через некоторое время были сброшены еще две ядерные бомбы, взорвавшиеся слева и справа от первой. Еще через 10 минут ударили сотни корпусных, дивизионных и самоходных орудий, а также системы залпового огня. Сотни фронтовых бомбардировщиков и штурмовиков начали наносить удары по районам обороны противника. Очевидцы позже утверждали, что артиллерийская и авиационная подготовка была более интенсивной, чем при штурме Берлина.

Затем на позиции противника двинулись танки и мотопехота на БТРах и автомашинах. Атакующие легко вскрыли оборону противника и через несколько часов преодолели его глубоко эшелонированную оборону.

Именно так и прошла единственная в истории человечества генеральная репетиция локальной ядерной войны. Сразу оговорюсь: отчеты об учениях, проведенных 14 сентября 1954 г. на Тоцком полигоне в Оренбургской области, до сих пор совершенно секретны, и я буду опираться лишь на рассказы участников учений, опубликованные в СМИ или размещенные на сайтах Интернета.

Подготовка к Тоцким учениям началась еще в феврале 1954 г. Для начала были созданы сотни инженерных сооружений. Так, общая длина траншей «красных», то есть наступающих, составляла 188 км, обороняющейся «синей» стороны — 195 км. Были сооружены 264 блиндажа и 91 хранилище, 385 окопов для артиллерии, 420 — для танков и самоходных артиллерийских установок. Также было построено свыше 200 км дорог. От эпицентра предполагаемого взрыва через 100, 200, 300 м (и так на протяжении 12 км) разместили самолеты, танки, автомобили, артиллерийские и радиолокационные установки. С точностью до одного солдата выставили макеты трех условных батальонов. К некоторым из манекенов привязали, а в каждую из выставленных единиц боевой техники поместили овец.

Центром обороны «синих» была высотка «Баня», заросшая высокими соснами, рядом находились еще два «батальонных района обороны» на высотках «Безымянная» и «Огурец»[2]. Уже тогда советское командование знало, что атомная бомба может вывести из строя только один окопавшийся батальон.

К учениям было привлечено более 45 тысяч человек из 11 военных округов. Использовалось 600 танков, 500 орудий и самоходных артиллерийских установок, 320 самолетов, 6000 различных военных автомобилей.

Официально учения назывались «Прорыв подготовленной тактической обороны врага с применением атомного оружия». Руководителем этих учений приказом министра обороны СССР Маршала Советского Союза Н.А.Булганина был назначен Главком Сухопутных войск СССР Маршал Советского Союза Г.К.Жуков, а начальником штаба руководства этих учений был назначен начальник Управления боевой подготовки Сухопутных войск СССР генерал армии И.Е.Петров.

Маршал Советского Союза Г.К. Жуков лично выбирал полигон для проведения этого учения и проводил его рекогносцировку. С мая по сентябрь 1954 г. он регулярно приезжал на Тоцкий полигон и занимался подготовкой полигона и войск. Со всеми четырьмя дивизиями, участвовавшими в маневрах, он лично проводил командно-штабные учения. Он провел две тренировки и одну генеральную репетицию и каждый раз лично, сразу после отбоя на наблюдательном пункте, оборудованном на высоте 228,0 «Запятая» (восточнее Нижней Вязовки), сам проводил разбор учения. Такие пункты наблюдения были построены и на высотах «Медвежья» и «Петровская Шишка». На них приглашались офицеры и генералы от командиров полков и выше.

С этих пунктов руководство учениями, представители Министерства обороны, ученые-атомщики, командующие войсками военных округов, армий, командиры отдельных корпусов, представители высших военно-учебных заведений и военные делегации стран Содружества наблюдали за ходом учения. Среди консультантов Г.К. Жукова находился и академик И.В. Курчатов.

Атомная бомба «Татьяна» мощностью около 40 кт[3] была сброшена только на батальонный район обороны «Баня», а на батальонных районах обороны «Безымянная» и «Огурец» были произведены два имитационных взрыва бочек с бензином и нефтью, отдаленно напоминающие наземные ядерные взрывы малой мощности. Для людей, не видевших настоящих ядерных взрывов, они сошли за действительные. Первый же взрыв, который был настоящим, практически никто не видел, поскольку все войска в тот момент находились в укрытиях.

В своих воспоминаниях[4] генерал-лейтенант в отставке С.А.Зеленцов писал:

«Проходя через дым и пыль от имитационных взрывов, солдаты думали, что действуют в реальных условиях. Эта маленькая ложь позволила оценить, могут ли войска эффективно действовать в средствах защиты и проверить эффективность работы дезактивационных пунктов. Позднее все же, через десятки лет, бывшие солдаты стали жаловаться на то, что от них скрыли дозы облучения, якобы полученные во время учений. Обычные и профессиональные заболевания стали связывать с Тоцкими учениями (…)

Было ли реальное непосредственное воздействие взрыва на участников и свидетелей Тоцких учений, можете судить сами. Как непосредственный участник, опишу свои впечатления.

В период, предшествующий взрыву, я в составе группы испытателей занимался подготовкой к регистрации одного из поражающих факторов ядерного взрыва — светового излучения. Устанавливал измерительную аппаратуру на открытой местности, в лесу, в кустарнике, в траншеях, на прямых и обратных скатах высот на различных расстояниях от намеченного эпицентра взрыва до 5 км от него. Кроме того, оборудовал пункт оптических наблюдений на высотке между поселком Тоцкое и местом взрыва на расстоянии около 7 км для определения (методом засечки) координат взрыва и мощности. Фотографировал местность и подопытные объекты. Такая специфика позволила хорошо изучить местность и предварительно оценить масштабы воздействия взрыва.

Читать еще:  Опытный учебно-боевой самолёт Boeing T-X (BTX1) (США)

Утро 14 сентября 1954 г. застало меня на упомянутой выше высотке (…) По радио принял сигналы оповещения, уточнил оперативное время. К эпицентру летел самолет. Вдруг все стихло. И в этой тишине яркая вспышка осветила местность. Работала кино- и фотоаппаратура, специальные приборы. В месте взрыва раздувался огненный шар, остывая и превращаясь в клубящееся облако. Облако поднималось, вытягивая за собой характерную ножку ядерного «гриба», район взрыва закрылся пылью и дымом. Затем раздался звук взрыва, резкий удар воздушной ударной волны. Пошли самолеты, один эшелон за другим, и передний край обороны «противника» окутался огромной черной тучей дыма и пыли от бомбовых ударов. Затем вступила в бой артиллерия.

Быстро снял показания приборов и, произведя предварительные вычисления, передал их по радио на сопряженную точку вблизи командного пункта руководства учениями, Николаю Васильевичу Козину, который доложил результаты командованию.

Взрыв, как и намечалось, оказался воздушным, расчетной мощности и с незначительным отклонением от намеченной точки. Это позволило принять решение о начале наступления войск по намеченным маршрутам, практически без какой-либо их корректировки. Маршруты же были выбраны такими, чтобы обойти эпицентр с севера и юга на безопасном удалении и продвигаться на запад через пробитую брешь в обороне «противника». Как и полагалось, вперед шла разведка, в составе которой были дозиметристы.

Мы, испытатели, действовали по своему плану. У нас была своя радиационная разведка, которая зарегистрировала максимальные размеры зоны радиоактивного заражения (наведенной в грунте радиоактивности) и быстрое уменьшение этих размеров в связи с радиоактивным распадом, а затем динамику изменения уровней радиации на местности. Эта разведка поставила таблички, обозначившие районы с различными уровнями радиации.

Закончив съемку картины взрыва, я в сопровождении дозиметриста и фотографа поехал на автомобиле по долине к эпицентру взрыва, останавливаясь для съемки местности и опытных объектов, которые должны были использоваться для подготовки экспресс-доклада правительству.

После взрыва местность трудно было узнать. Дымилась трава, бегали опаленные перепелки. Кустарник и перелески исчезли. Меня окружали голые дымящиеся холмы. Ориентироваться было трудно. Однако массовых пожаров не было, и дороги были знакомы.

Сфотографировав перевернутые и отброшенные танки, разрушенные траншеи, поврежденную технику, пораженных животных, прошел в направлении эпицентра взрыва, который выделялся группой отдельно стоящих обугленных стволов деревьев, с которых ударом сверху были сорваны все сучья. Не доходя до зоны сравнительно сильного радиоактивного заражения, пересек дорогу, по которой незадолго прошли колонны наступающих. Было пусто и тихо. Лишь радиометры пощелкивали, отмечая повышенный уровень радиации. Войска прошли мимо эпицентра вне зоны заражения, не оставив следов на покрытой пылью местности.

Непосредственно в зоне, примыкающей к эпицентру взрыва, земля была покрыта тонкой стекловидной коркой расплавленного песка, связавшей наведенную радиоактивность. Эта корка хрустела и ломалась под ногами, как тонкий ледок на весенних лужах после ночного заморозка. И на ней не было ничьих следов, кроме моих. Радиометр регистрировал небольшую радиоактивность, не превышающую 1 Рентген/час, поэтому я спокойно ходил по этой корке шлака.

Один эпизод, происшедший на следующий день, весьма характерен для той обстановки обеспечения безопасности войск во время их действий. Мне пришлось поехать в район эпицентра для проведения повторных съемок местности и опытных объектов. Во время этой работы подъехал автобус с офицерами, которые высыпали из него и с восторгом стали резвиться на корочке шлака. Я спросил, кто они такие и зачем приехали. Ответил один из офицеров, что это танкисты, которые в своих танках в составе колонны проехали по этой дороге. Но поскольку они проехали очень быстро, да еще в средствах защиты, то ничего не видели и сейчас приехали просто на экскурсию, посмотреть, что натворил взрыв. Так как уровни радиации уже существенно уменьшились и можно было ходить в этом районе без ограничения времени, то это посещение не вызывало никаких возражений. Однако, заметив, что некоторые экскурсанты собирают стекловидные куски шлака, несмотря на существующий запрет, я подозвал их всех, немного попугал, рассказав об обстановке, и продемонстрировал действие радиометра, который трещал и захлебывался, как только к нему подносили кусок расплава. Сказал, что ходить по шлаку безопасно, но если положить его в карман, то части тела в этом месте получают опасную дозу и человек может остаться без потомства. Последовала мгновенная реакция, и все карманы были опустошены. После этого никаких экскурсантов в район эпицентра, где было хоть какое-либо заметное повышение радиоактивного фона, не привозили.

А в войсках проводился дозиметрический контроль во всех подразделениях, (…) как на войне с применением ядерного оружия. Естественно, что никаких доз облучения обнаружено не было. Тем не менее проводилась и дезактивация техники, и санитарная обработка личного состава. Все делалось по-настоящему, и никаких жалоб не поступало. Сейчас, когда неспециалисты или люди, не знакомые с той обстановкой, высказывают сомнения, что все было безопасно, они наносят большой вред психике бывших участников Тоцких учений. Как уже отмечалось ранее, после взрыва образовалось клубящееся облако. Оно увеличивалось в размерах, быстро поднималось над центром взрыва и перемещалось с воздушными массами в направлении на северо-восток, пройдя над нейтральной полосой, где не было войск, и над безлюдными, ненаселенными районами. Начальный участок его движения фоографировался, а позднее оно сопровождалось самолетами воздушной радиационной разведки.

Сосредоточенные в облаке радиоактивные продукты взрыва и часть грунта, затянутая в него, были подняты на высоту более 10 км и начали выпадать примерно через час после взрыва, когда оно переместилось на десятки километров. К этому времени короткоживущие радиоактивные элементы в основном распались, а оставшиеся рассеивались на местности, не создавая опасных уровней заражения.

Таким образом, между радиоактивным пятном вокруг эпицентра взрыва и радиоактивным следом оказалась чистая зона, по которой проходили наступающие войска. Радиоактивный след имел форму вытянутого эллипса с максимальными уровнями радиации на его оси около 0,1 Рентген/час на момент выпадения. Через сутки след не обнаруживался.

Читать еще:  Опытный танк «Объект 705» (Россия)

Подверглось ли опасности население? Однозначно — нет. Даже жители трех деревень — Ольховки, Маховки и Елшанки, расположенных на расстоянии 5–6,5 км от эпицентра, были выведены на большое безопасное расстояние. Деревни сгорели от воспламенившейся сухой старой соломы, покрывавшей крыши домов. Вместо них жители получили вновь отстроенные дома. Пострадавших не было.

Когда в 1990–1991 годах началась усиленная борьба против ядерных испытаний, вспомнили про Тоцкие учения. Корреспонденты газет стали искать пострадавших и нашли достаточно много желающих приписать свои болезни последствиям этих учений. Даже среди бывших военных. Захотели посетить место взрыва и не обнаружили его, несмотря на все старания. Приборы регистрировали фон. Бушевала растительность. Вырос лес и кустарники. Никаких следов взрыва не осталось».

Опытный ракетный комплекс 9К711 «Уран» / «Уран-П» (СССР)

Ракета «Литтл Джон» комплектовалась тремя ядерными боевыми частями.

Таблица 2 Ядерные боевые части ракеты «Литтл Джон»

Кроме того, имелись химические и фугасные боевые части. Вес химической боевой части 120 кг. Она содержала 32,5 кг ОВ типа зарин, которое могло заразить площадь в 10–20 гектаров.

Устойчивость ракеты в полете обеспечивалась четырьмя косопоставленными стабилизаторами хвостового оперения. Для обеспечения еще лучшей устойчивости ракеты в полете, а также для устранения вредного влияния эксцентриситета реактивной силы на кучность стрельбы ракета на полете вращалась. Для этого в усовершенствованной модификации ракеты «Литтл Джон» ВМ51 применялся специальный гиромотор. Он входил в состав пускового оборудования ракеты и сообщал ракете перед запуском, когда она еще находилась на пусковой установке, вращательное движение, стабилизирующее ракету на начальном участке траектории и в полете. Гиромотор приводился в действие зарядом твердого топлива, при сгорании которого образовывались газы высокого давления, вращавшие турбину с приводом. Необходимое число оборотов снаряда достигалось за несколько секунд.

Сх. 4. Схема неуправляемой ракеты «Литтл Джон»

Для стрельбы ракетами «Литтл Джон» использовались два типа пусковых установок — облегченная и самоходная. Облегченная установка состояла из лафета, выполненного в виде одноосного прицепа. На лафете монтировались направляющая длиной 5,3 м и подъемно-поворотный механизм с ручными приводами управления. В походном положении ракета крепилась на направляющей, которая устанавливалась горизонтально. Для придания устойчивости установке при стрельбе она опиралась на землю специальными откидывающимися опорами.

Облегченная пусковая установка обеспечивала большую мобильность, и ей вооружались воздушно-десантные дивизии. В воздушно-десантной дивизии в составе ракетно-гаубичного дивизиона состояли батарея 155-мм гаубиц и батарея НУРС с четырьмя пусковыми установками «Литтл Джон» (по две в огневом взводе).

В декабре 1966 г. была испытана гусеничная самоходная пусковая установка весом около 7,5 т, однако большого распространения она не получила.

В 1970 г. неуправляемые ракеты «Литтл Джон» были сняты с вооружения армии США.

Глава 3. Управляемые тактические ракеты

Управляемая ракета «Лакросс». Первой тактической управляемой ракетой армии США стала радиоуправляемая ракета «Лакросс» М4Е2 (MGM-18A). (Сх. 5)

Проектирование ракеты началось в 1948 г. Головные разработчики и поставщики — фирмы «Конелл Аэро Лаборатори» и «Мартин Мариетта».

Стартовый вес ракеты 1040–1070 кг, длина 5840 мм, диаметр 520 мм, размах крыльев 2,75 м, размах оперения 1,45 м. Ракета «Лакросс» представляла собой промежуточную ступень между баллистическими и крылатыми ракетами.

Вес боевой части от 181 кг до 244 кг. Ракета комплектовалась ядерной боевой частью W-40 мощностью 10 кт, производившейся с сентября 1959 г. по май 1962 г. Всего было изготовлено 400 ядерных боеголовок ракеты «Лакросс».

Ракета «Лакросс» снабжена твердотопливным двухрежимным двигателем М-10Е1 фирмы «Тиокол». Тяга двигателя в стартовом режиме 11,3 т, в маршевом режиме — 2,09 т. Время работы в стартовом режиме 3,4 с. Дальность стрельбы от 8 до 32–34 км. Максимальная высота траектории 4–5 км. Круговое вероятное отклонение 440 м. Максимальная скорость полета по разным данным от 360 до 450 м/с.

Сх. 5. Схема управляемой ракеты «Лакросс»

Транспортировка и запуск ракеты производился с боевой машины, созданной на шасси трехосного армейского грузовика.

Испытания ракеты «Лакросс» проходили на полигоне Уайт Сэндс. В августе 1957 г. было начато ее серийное производство.

В ракетной батарее управляемых ракет «Лакросс» имелись 4 пусковые установки. Кроме США управляемая ракета «Лакросс» состояла на вооружении армии Канады.

Ракета «Лакросс» имела весьма слабую помехозащищенность. В 1967 г. она была снята с вооружения армии США и заменена ракетами «Ланс».

Управляемая ракета «Ланс». В 1962 г. начались исследовательские работы по созданию ракетной системы «Ланс» («Lance»). В качестве головного разработчика была выбрана фирма «Линг-Темко-Воут».

Сначала предусматривалось, что ракета «Ланс» будет иметь дальность стрельбы около 50 км. Испытания ракет головной серии такой дальности действия были начаты в середине 1964 г. Однако в 1966 г. по инициативе командования сухопутных войск США параллельно стали разрабатывать ракету «Ланс» XRL, обладающую большей дальностью стрельбы. Если первый вариант ракеты «Лапе» был предназначен для замены ракеты «Онест Джон», то второй — и для замены ракеты «Сержант». К тому времени выяснились серьезные трудности в разработке системы подачи топлива для двигателя первоначального варианта ракеты «Ланс». Поэтому министр обороны США в декабре 1967 г. принял решение прекратить разработку ракеты «Ланс» первого варианта и продолжать работы по созданию второго.

Атомный таран XX века (50 стр.)

В успешных пусках ракет «Ладога» отмечено большое рассеивание, что было результатом неэффективной работы системы управления ракетой. Однако 3 марта 1962 г. вышло Постановление № 231–113, в котором было предписано прекратить все работы по «Ладоге» на стадии летно-конструкторских испытаний «как по неперспективному изделию».

Автопоезд 2У663, буксируемый автомобилем ЗИЛ-157В, должен был перевозить одну ракету «Ладога» или две ракеты «Онега».

Фронтовая ракета «Темп». Разработка твердотопливной фронтовой ракеты «Темп» начата по Постановлению Совмина № 839–379 от 21 июля 1959 г. Головным разработчиком назначен НИИ-1. Комплекс получил индекс 9К71, ракета со специальной боевой частью— 9М71, а с фугасной боевой частью — 9М72. Первоначально специальная боевая часть должна была иметь мощность 300 кт. Ракетная часть с приборным отсеком имела индекс 9Д12, а пороховой заряд — 9X11.

Все наземное пусковое оборудование для «Темпа», включая пусковую установку 9П11 (заводской индекс Бр-225), изготовлял завод № 221 («Баррикады»), тягачи и автоприцепы на шасси MA3-537B делал Минский завод. Ракеты изготавливались на Воткинском заводе.

Пусковая установка Бр-225 размещалась на полуприцепе. Горизонтальная установка стола осуществлялась домкратами. Заряжание производилось стрелой, размещенной на пусковой установке. А для загрузки ракеты на пусковую установку требовался специальный кран. На пусковой установке имелось устройство для теплоизоляции головной и средней части установки. (Сх. 39)

Читать еще:  Самые бесполезные и странные “боевые” ножи

Приводы для вертикального наведения и стрелы — электрогидравлические, а для горизонтального наведения — ручной.

Старт ракеты производился при постоянном угле возвышения 90°, то есть строго вертикально. Горизонтальное наведение производилось в пределах 360°.

Габариты пусковой установки Бр-225 в походном положении: длина 18,18 м, ширина 3,1 м, высота 3,64 м. Общий вес установки 30,55 т. Установку обслуживали 8 человек расчета.

Расчетное время пуска при переходе из походного положения было 30 минут, а из боевой готовности № 2 — 20 минут.

Согласно Постановлению Совмина № 178—84 от 19 февраля 1962 г. была начата разработка химической боевой части «Туман-2» к ракете «Темп».

Разработка подвижной пусковой установки Бр-225 (9П11) была начата на заводе «Баррикады» 14 февраля 1959 г. Опытный образец изготовлен в 1961–1962 гг.

Летно-конструкторские испытания ракет «Темп» были начаты в мае 1961 г. Поскольку пусковая установка Бр-225 еще не была готова, то завод «Баррикады» изготовил в 1960 г. полигонную пусковую установку Бр-234, с которой и производились первые пуски ракет «Темп». Первый пуск «Темпа» состоялся 20 мая 1961 г. Ракета пролетела 220 км. Недолет до точки прицеливания составил 4 км, а боковое отклонение — 900 м. Уже при первом пуске было отмечено, что при отделении головной части ракеты она начинала колебаться в пределах ±60°, что приводило к недолетам до 40 км. До конца 1961 г. сделано еще два пуска ракет «Темп». С января по май 1962 г. сделано три пуска ракет, но теперь не с полигонной пусковой установки Бр-234, а со штатной Бр-225. По результатам анализа проведенных шести пусков ракет «Темп» выяснилось, что максимальная дальность ее будет 425 км, вместо заданных 500–600 км. Кроме того, отмечено, что при отделении головной части ракеты в полете опять возникали ее колебания, снова приводящие к недолетам.

В течение лета 1962 г. шли доработки «Темпа», чтобы увеличить его дальность хотя бы до 460 км. Опытное производство ракет «Темп» велось на заводе № 235. Серийное производство ракет «Темп» предполагалось начать в 1963 г. В 1962–1963 гг. часть пусков ракеты «Темп» производилась с пусковой установки Бр-225.

14 июня 1960 г. КБ завода «Баррикады» приступило к проектированию стартового агрегата Бр-240 для ракет «Темп», транспортируемых на вертолетах. Однако вскоре работы по Бр-240 были прекращены. 9 сентября 1960 г. в том же КБ для ракет «Темп» началось проектирование облегченной пусковой установки Бр-249, помещенной на полуприцепе. Эти работы также не были доведены до стадии испытаний. И, наконец, 7 сентября 1961 г. КБ завода «Баррикады» начало разработку пусковой установки Бр-264 на шасси MA3-543.

Второй этап летно-конструкторских испытаний ракет «Темп» был начат в декабре 1962 г. Но 16 июля 1963 г. вышло Постановление Совмина № 800–273: «В связи с отставанием по срокам летно-конструкторских испытаний и недостаточно высокими техническими характеристиками изделия» работы прекратить на стадии летно-конструкторских испытаний.

Действительно, компоновка ракеты «Темп» не была оптимальной из-за отсутствия зарядов твердого топлива нужного диаметра, что в сочетании с большим весом полезной нагрузки (около 900 кг) привело к чрезмерно большому стартовому весу (10,5 т) для такого класса ракет. Однако опытно- конструкторские работы по изделию «Темп» — первой в отечественной практике ракеты такого типа на твердом топливе — позволили решить и отработать ряд принципиально новых конструктивных решений (кольцевые газовые рули, решетчатые стабилизаторы, элементы крупногабаритных двигателей на твердом топливе и т. д.), многие из которых были позже использованы в других ракетах.

Данные ракеты «Темп» Вес боевой чисти с ядерным зарядом, кг……………..630 Вес топлива, кг.* 8060 Стартовый вес ракеты, кг 10 420 Дальность стрельбы, км: максимальная 460 минимальная 80 КВО, м 3000

Армейский ракетный комплекс 9К711 «Уран». Дальнейшим развитием ракеты «Темп-С» стала армейская ракета «Уран», разработка которой была начата по Постановлению Совмина № 959–319 от 17 октября 1967 г. Ракета «Уран» создавалась в двух вариантах: «Уран» с твердотопливным двигателем и «Уран-П» с жидкостным двигателем. Кроме того, эти ракеты отличались способом старта. «Уран» стартовал из транспортно-пускового контейнера с выпуском части газов, а «Уран-П» — свободно с пускового стола.

В 1969 г. Московский институт теплотехники МОП предоставил эскизный проект ракеты «Уран». В том же году МИТ вместе с КБ Воткинского механического завода предоставил эскизный проект ракеты «Уран-П».

Тактико-технические характеристики ракет «Уран» «Уран-П» Длина ракеты, м 8,7 8,4 Диаметр ракеты максимальный, м 0,88 0,88 Стартовый вес ракеты, кг 4270 4000 Дальность, км: максимальная 355 427 минимальная 50 50 КВО, м 600—800 700—800

Первоначально рассматривался двухступенчатый вариант ракеты, но уже к 1970 г. решено было делать ее одноступенчатой с применением вместо пластичных газовых рулей поворотные сопла.

Оба варианта ракеты имели автономную инерциальную систему наведения.

Для ракет «Уран» и «Уран-П» проектировалось несколько типов боевых частей:

— облегченные со спецзарядом весом 425 кг;

— со спецзарядом весом 700 кг;

— осколочного действия весом 700 кг;

— зажигательные весом 700 кг;

— управляемая головная часть весом 400 кг.

Кроме того, головную часть ракет предполагалось оснастить устройством подавления активных помех.

В 1968 г. ОКБ завода «Баррикады» разработало эскизный проект колесной пусковой установки для комплекса «Уран». Пусковая установка была высокомобильная, высокоманевренная, авиатранспортабельная, плавающая (8—10 км/час по воде). Заряжание ее не требовало крана.

Решение о выборе ракеты к 1972 г. еще не было принято. Время и причины прекращения работ над «Ураном» автору установить не удалось.

Параллельно с «Ураном» проектировался и ракетный комплекс фронтового подчинения «Эльбрус». Система управления ракеты «Эльбрус» инерциальная. Стартовый вес около 4 т. Дальность стрельбы от 200 до 1100 км. Расчетное КВО 1,2 км. Пусковая установка колесная плавающая. Комплекс не вышел из стадии опытно-конструкторских работ.

Армейская ракета «Ока». В середине 1970-х годов в КБМ под руководством С.П. Непобедимого началась разработка армейского ракетного комплекса «Ока». У Непобедимого уже была одна «Ока» — 420-мм самоходный миномет 2Б2 «Ока».

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector